— Спокойной ночи, — негромко произнёс Артём.
Полина не ответила сразу. Она шагнула ближе, поднялась на носки и едва коснулась его губ своими. У Артёма будто искра проскочила вдоль спины — горячая, внезапная, лишившая воздуха.
— Полин… не надо, — сипло выдохнул он.
— Я тебе неприятна? — тихо спросила она.
— Ты мне нравишься. Очень. Просто… — договорить он не успел: Полина снова потянулась к нему, и на этот раз Артём уже не смог отстраниться. Он обнял её и жадно ответил на поцелуй.
Как-то потом, уже спустя несколько встреч, Полина призналась:
— Я ведь с детства тебя люблю. Мама читала мне сказки про сильных добрых богатырей, а я почему-то всегда представляла тебя.
С той поры они виделись почти ежедневно. Гуляли, разговаривали обо всём на свете, смеялись, а потом снова целовались так, словно вокруг не существовало ни лестничной площадки, ни соседей, ни времени.
— Нашла богатыря, — однажды усмехнулся Артём.
Хотя, глядя в зеркало, он и сам понимал: высокий, широкоплечий, светловолосый, с зелёными глазами — внешне он действительно мог показаться тем самым героем из детской сказки.
— Тебе бы с ровесниками встречаться, — сказал он. — А не со мной.
Полина фыркнула:
— Ровесники только об одном и думают.
— Мужчины вообще часто об этом думают, — честно заметил Артём.
— А с тобой я согласна на всё, — прошептала она и снова потянулась к его губам.
Он осторожно отстранил её.
— Хватит. Не искушай меня. Всё остальное — потом. Когда институт закончишь.
Поженились они уже тогда, когда Полина училась на последнем курсе. Незадолго до свадьбы у Артёма с Мариной случился разговор, который он потом ещё долго не мог выбросить из головы.
Марина попросила его зайти и посмотреть кран на кухне. Полина в это время была в институте. Артём возился под раковиной, когда она вдруг сказала:
— Я рада, что вы с Полиной решили пожениться. Ей очень повезло с тобой. Если бы не ты тогда… меня бы посадили. А что стало бы с дочерью — страшно представить. Ты был совсем мальчишкой, а всё понял.
Артём поднял голову.
— Что понял?
Марина смотрела прямо, не отводя глаз.
— Что это я ударила Дениса.
Он нахмурился.
— Зачем ты такое говоришь? Я же видел кровь на краю стола. Там даже волосок прилип.
Марина медленно покачала головой.
— Не могу больше молчать. Слишком долго держу это внутри. Это я его убила. Он бросился на меня с кулаками. Лицо перекошенное, глаза бешеные… Я поняла, что сейчас он меня добьёт. Перед этим я крутила мясо, мясорубка стояла в раковине, грязная…
— Ты его оттолкнула, и он упал, — тихо произнёс Артём.
— Нет, — сказала Марина. — Я схватила мясорубку и ударила его в висок. Сразу. У него будто свет в глазах погас. Я поняла, что всё кончено. А когда он падал, ударился о край стола. Вот и появилась кровь там… Я убила его, Артём.
— Марина…
— Потом я села прямо на пол и зажала рот руками, чтобы не закричать. А тут вошёл ты. — Она горько усмехнулась. — Не страшно жениться на дочери убийцы?
Артём посмотрел на неё так же твёрдо, как тогда, много лет назад.
— Тише. Полиция всё осматривала. Ты защищала себя и Полину. Если бы не ты — он убил бы тебя.
Марина вдруг схватила его ладонь и прижала к губам.
— Спасибо тебе.
— Перестань, — смутился Артём и осторожно выдернул руку. — Я ничего не слышал. И ты ничего мне не рассказывала.
Свадьбу сыграли скромно, без лишнего шума. Зато Полина в белом платье была такой прекрасной, что Артём весь день не мог отвести от неё глаз.
Через год у них родился сын — прямо в День космонавтики. Имя выбрали сразу: Илья. Других вариантов они даже не обсуждали.
Под окнами их квартиры Артём посадил молодой клён. Полина стояла у окна с младенцем на руках и смотрела вниз, улыбаясь.
— Это папа для тебя посадил, — прошептала она спящему сыну. — Будете расти вместе. Сильными. Счастливыми.
«Раскаяние — самая бесполезная вещь на свете. Прошлое не вернуть, сделанного не исправить. Иначе все люди давно стали бы святыми. Но жизнь вовсе не собиралась делать нас безупречными. Совершенным место в музее».
Эрих Мария Ремарк
