Валентина Ивановна была искренне убеждена, что вкус у неё безупречный. Это касалось всего без исключения: какие обои выбрать для прихожей, какого кроя должно быть пальто, как правильно выращивать на балконе рассаду петуний и, конечно, каким образом женщина обязана заботиться о её сыне.
Сорокатрёхлетний Артём работал начальником отдела в строительной фирме, выплачивал ипотеку, страдал хроническим гастритом и был женат на Ольге.
— Ольга, ты опять соли пересыпала? — Валентина Ивановна недовольно водила вилкой по гречке в тарелке. — У Артёма желудок больной, ему такое нельзя. Я тебе уже сколько раз повторяла?
Ольга, высокая брюнетка с утомлённым взглядом, стояла у раковины и продолжала мыть посуду, даже не повернув головы.
— Я добавила половину чайной ложки, Валентина Ивановна. Ровно столько же, сколько в прошлый раз. Тогда вы сказали, что еда совсем безвкусная.
— Значит, ложка у тебя какая-то не такая, — свекровь торжествующе отставила тарелку в сторону. — Артём, ешь лучше то, что я принесла. В контейнере котлеты, с утра специально для тебя налепила.
Артём неловко посмотрел на жену и с виноватой улыбкой пробормотал:
— Мам, да всё в порядке. Ольга нормально готовит. Вкусно.
— Тебе не меня защищать надо, а своё здоровье, — резко ответила Валентина Ивановна. — Всё, я пошла. Завтра забегу, супчик сварю и принесу. На костном бульоне, полезнейшая вещь.
Она ушла, оставив после себя шлейф недорогих французских духов и такое ощущение, будто по квартире только что прокатилась небольшая сейсмическая волна.
Обычная суббота. За шесть лет брака Ольга пережила уже немало таких суббот — с того самого дня, как они с Артёмом расписались и поселились в этой двухкомнатной квартире на седьмом этаже.
Валентина Ивановна жила в доме по соседству и наведывалась к обожаемому сыну почти ежедневно.
Однако то, что произошло в следующую среду, превзошло даже самые смелые ожидания. Ольга пришла с работы около половины седьмого.
Она трудилась корректором в книжном издательстве. Работа вроде бы спокойная, без суеты, но выматывала не меньше любой другой: целый день нужно было вчитываться в строки, ловить лишние запятые, пропущенные буквы и незаметные опечатки, не позволяя себе расслабиться ни на минуту. А потом ещё дорога через весь город в душной, забитой людьми маршрутке. К вечеру Ольга обычно чувствовала себя полностью опустошённой.
В квартире пахло жареным луком.
Это насторожило её сразу. Утром она точно ничего с луком не готовила. Ольга сняла обувь, опустила сумку на пол и осторожно заглянула на кухню.
У плиты стояла незнакомая девушка и уверенно орудовала лопаткой. На вид ей было лет двадцать пять: светлые волосы, аккуратная коса, на талии — фартук в розовый горошек.
Услышав шаги, девушка обернулась и расплылась в такой приветливой улыбке, будто Ольга пришла в гости, причём её давно и радостно ждали.
— Ой, здравствуйте! Я тут ужин готовлю. Артёмчик сказал, что сегодня устанет, вот я и решила сделать ему приятное.
Ольга открыла рот, потом закрыла, затем снова попыталась что-то сказать.
— Извините, — наконец произнесла она с трудом. — А вы кто?
— Кристина, — девушка кокетливо убрала выбившуюся прядь за ухо. — Я дочь Ирины Павловны. Они с Валентиной Ивановной самые близкие подруги. Тётя Валя попросила меня заскочить и немного помочь по дому. Вы ведь, наверное, сильно устаете на работе, вам тяжело.
Последние слова прозвучали так, что смысл у них был совершенно прозрачный: «вам тяжело» означало «вы не справляетесь».
Ольга медленно разжала сжатые пальцы.
— Я никого не просила мне помогать. И ключи от этой квартиры я вам тоже не давала.
— Так Артём открыл, — беззаботно отозвалась Кристина, переворачивая котлету на сковороде. — Я позвонила в домофон, сказала, что меня тётя Валя прислала, и он впустил. Мы с ним, между прочим, давно знакомы, я раньше к ним часто заходила.
Ольга развернулась к коридору, уже на ходу доставая телефон. Артём взял трубку после третьего гудка.
— Артём, ты знаешь, что у нас на кухне чужая девушка жарит котлеты?
— А, да, мама предупреждала, что Кристина зайдёт, — спокойно ответил он. — Она, кстати, отлично готовит. Ольга, ты только не накручивай себя. Мне сегодня котлетку оставьте, пожалуйста, я ближе к восьми буду. Пришлось документы обратно везти…
— Тебе правда не кажется это странным? — голос Ольги стал тонким и напряжённым, как натянутая струна.
— А что тут странного? Человек помочь пришёл. Ты же сама постоянно говоришь, что устаёшь. Расслабься. Всё нормально.
И он отключился.
«Расслабься», — повторила про себя Ольга, глядя на экран телефона.
Она вернулась на кухню.
Кристина уже накрывала на стол. Из шкафа она достала тот самый сервиз, который Ольга берегла для гостей, и теперь расставляла тарелки с таким уверенным видом, словно хозяйкой в этой квартире была именно она.
— Пожалуйста, не трогайте этот сервиз, — сдержанно сказала Ольга. — Это подарок моей бабушки.
— Ой, простите, я же не знала, — Кристина ничуть не смутилась. — Просто он такой нарядный, вот я и решила, что для ужина он подойдёт лучше всего.
