— Ему тяжелое поднимать категорически нельзя, давление скачет! — продолжила она с праведным негодованием. — Да и вообще, эти ваши дешевые сосиски из магазина только желудок портят!
— Не только желудок, — я ответила ровно, почти лекционным тоном. — В таких колбасных изделиях полно фосфатов, они кальций из организма вытягивают, а заодно и зубную эмаль добивают. Сейчас лечение глубокого кариеса начинается от шести тысяч рублей за один зуб. Так что лучше сварите морковь, Лариса Павловна. И бюджетно, и для десен полезно, и нервную систему успокаивает.
После этого я спокойно прошла на кухню, оставив свекровь стоять в коридоре с открытым ртом.
С того дня в квартире началось настоящее молчаливое противостояние. Я готовила исключительно на себя и Полину. У нас на столе появлялись свежие салаты, рыба из духовки, фрукты, нормальная еда без демонстративных подвигов. Запахи с кухни, кажется, доводили моих домашних иждивенцев до исступления. Дмитрий однажды решил сварить макароны, но, как выяснилось, даже не подозревал, что воду сначала нужно довести до кипения. В кастрюле у него получилась густая липкая масса, больше похожая на строительный клей. Лариса Павловна тем временем с подчеркнутой мученичностью грызла сухари и по телефону громко рассказывала своей старшей дочери Юлии о «бессердечной невестке-тиранше».
К концу третьей недели их уверенность начала заметно осыпаться. Деньги у Ларисы Павловны, конечно, водились, но тратить собственные сбережения на еду, когда рядом имеется невестка, которая «должна», ее внутренняя жадность решительно не позволяла.
Финал этой осады случился в субботний вечер. Я сидела на кухне с чашкой чая, когда в дверном проеме возникли Дмитрий и Лариса Павловна. Он выглядел осунувшимся, она — оскорбленно-торжественной. Вместе они напоминали представителей проигравшей стороны, которые явились требовать победных условий за счет одной только наглости.
— Оксана, ну это уже перебор, — начал Дмитрий, нервно мнущий край футболки. — У мамы от сухомятки гастрит разыгрался. Тебе что, трудно кастрюлю супа поставить, если ты все равно каждый день у плиты? Мы же семья.
— Семья, Дмитрий, — это когда люди друг о друге думают. А когда один работает, а двое удобно устраиваются у него на шее и еще недовольны — это называется совсем иначе. Паразитизм.
Лариса Павловна резко втянула воздух, явно собираясь устроить громкую сцену.
— Да как ты смеешь!.. Да мы в твоем доме…
В этот момент на кухню бесшумно вошла Полина. Моя девочка, отличница, тихая и всегда старающаяся никому не мешать, подошла к столу. В руках она крепко держала свою розовую керамическую копилку в виде свинки.
Полина молча поставила ее перед нами, достала снизу резиновую пробку и перевернула копилку над скатертью.
