— На этом всё. Чай выпит, разговор завершён. Прошу вас уйти из моего дома. Обеих.
Наталья дёрнулась, будто собиралась возразить. Губы у неё приоткрылись, но под холодным, совершенно неподвижным взглядом Марины любые оправдания застряли где-то в горле. Она торопливо подхватила сумочку, отвела глаза и почти бегом направилась через дом к выходу.
Ольга задержалась всего на мгновение. Злость исказила её лицо, сделав черты резкими и чужими.
— Жадина ты, Марина. Всегда такой была, просто удачно изображала добрую. Да подавись ты своими миллионами! Увидишь, в старости тебе некому будет даже стакан воды принести. Останешься одна, зато с деньгами!
— Я лучше заплачу профессиональной сиделке, чем стану рассчитывать на стакан воды от таких «душевных» людей, как вы, — спокойно ответила Марина. — Прощай, Ольга. И звонить больше не пытайся. Ваши номера я заблокирую сегодня же.
Они ушли. Марина слышала, как в прихожей женщины суетливо натягивали обувь, как нарочито громко хлопнула тяжёлая входная дверь, а затем по гравийной дорожке резко взвизгнули шины старенькой машины Натальи.
На веранде стало тихо. Сумерки медленно опускались на участок, укрывая деревья мягкой тёмной дымкой. Вдоль дорожек один за другим загорелись фонари с автоматическими датчиками, и сад словно отделился от остального мира.
Марина опустилась в кресло и прикрыла лицо ладонями. Странно, но боли не было. Не хотелось рыдать, жалеть себя или прокручивать в голове обидные фразы. Вместо этого внутри поднималось тяжёлое, почти телесное чувство отвращения. Такое бывает, когда долго носишь красивую, но пропитанную грязью одежду, а потом наконец снимаешь её и становишься под чистую прохладную воду.
Двадцать лет. Целых двадцать лет она тащила за собой этот груз, называя его дружбой. Она находила оправдания их зависти, лени, вечному нежеланию отвечать за собственные решения. Раз за разом Марина позволяла им пользоваться её временем, деньгами, связями и душевными силами, искренне убеждая себя, что поступает по-человечески.
А на деле она просто годами подкармливала чужую беспомощность.
Утром Марина поехала в банк. В кабинете персонального менеджера было тихо, пахло дорогим кофе и свежей бумагой. Она сидела в мягком кресле, делала глотки крепкого зернового напитка и спокойно подписывала подготовленные документы.
Деньги, полученные от продажи недвижимости, она разделила на две части. Первую направила в надёжные государственные облигации со стабильной купонной выплатой. На вторую приобрела небольшое коммерческое помещение в строящемся комплексе, расположенном в новом перспективном районе города. Решение было взвешенным: без лишнего риска, с понятной доходностью и хорошими перспективами на будущее.
Покинув банк, Марина остановилась на ступенях и на несколько секунд подставила лицо солнцу. Город вокруг жил своей обычной беспокойной жизнью: спешили прохожие, сигналили автомобили, где-то хлопали двери, кто-то разговаривал по телефону на бегу.
Она достала мобильный и открыла приложение туристического агентства. Марина давно мечтала о Карпатах. Ей хотелось увидеть прозрачные горные реки, вдохнуть свежий воздух, от которого кружится голова, пройти по тропам, где телефонная связь пропадает, а вместе с ней исчезают чужие просьбы, жалобы и вечные «выручи, ты же можешь».
Раньше каждый раз находились причины отложить поездку: работа, срочные вопросы, чужие беды, чужие кредиты, чужие ремонты. Теперь причин больше не было.
Она выбрала лучший тур: премиальный эко-отель, индивидуальные экскурсии, прогулки по горным маршрутам и вертолётный облёт над Говерлой. На стоимость Марина даже не посмотрела. Просто нажала кнопку «Оплатить». Через секунду экран мигнул уведомлением об успешной операции.
Через месяц она стояла на деревянной террасе, откуда открывался вид на величественные карпатские склоны, и пила ароматный травяной чай. Воздух был настолько чистым и холодноватым, что с непривычки слегка кружилась голова. В телефоне не висели пропущенные вызовы с жалобами на жизнь. Никто не просил срочно перевести деньги на ремонт, закрыть просрочку по кредиту или «одолжить ненадолго».
Позже от общих знакомых Марина узнала, что Ольга всё-таки взяла огромный потребительский кредит под безумные проценты, чтобы частично погасить ипотеку сына. Теперь по вечерам она подрабатывала уборщицей, потому что денег всё равно катастрофически не хватало. Наталья по-прежнему жила среди голых бетонных стен и безрезультатно обивала пороги полиции, пытаясь отыскать исчезнувших строителей.
Они часто встречались у Натальи на захламлённой кухне, пили дешёвый чай и подолгу, с каким-то мрачным удовольствием, обсуждали бессердечную богачку Марину, которая, по их версии, разрушила многолетнюю дружбу.
Марина сделала ещё один глоток чая и улыбнулась. Вдалеке горы медленно затягивались лёгкой вечерней дымкой. Оказалось, жизнь становится удивительно светлой, когда рядом остаются только те, кто ценит тебя, а не содержимое твоего кошелька.
И самым важным человеком из таких людей для Марины наконец стала она сама.
