Девочка молча кивнула, не поднимая глаз.
— Ты видела, как отец оказался внизу? — Сергей Викторович говорил негромко, стараясь не напугать её ещё сильнее.
— Нет… — Полина судорожно сглотнула. — Я сразу побежала к тёте Любе, когда папа… когда они с мамой опять начали кричать друг на друга.
— Она и раньше к нам забегала, когда Роман буянить начинал, — поспешно вмешалась мать Андрея. — Ребёнку-то зачем на такое смотреть? Не должна девочка видеть, как отец мать избивает.
Майор задержал взгляд то на ней, то на Андрее, потом снова посмотрел на Полину.
— То есть самого падения никто из вас не видел?
Все трое почти одновременно покачали головами.
— Хорошо. Сейчас вам принесут протокол, ознакомьтесь и подпишите. Но позже вас всё равно вызовут в отделение, в качестве свидетелей.
— Да вы хоть весь подъезд вызывайте, — устало вздохнула женщина. — Тут каждый что-нибудь да слышал.
Когда Сергей Викторович ушёл, мать закрыла за ним дверь и вернулась в комнату. Полина всё ещё сидела рядом с Андреем и крепко держалась за его ладонь, будто боялась, что её сейчас тоже куда-то уведут. Ей было всего тринадцать — тоненькая, бледная, с испуганными глазами, похожая на птенца, случайно выпавшего из гнезда.
— Маму посадят? — тихо спросила она. Голос у неё дрогнул. — Я к маме хочу…
— Мама за тобой придёт, — мягко сказала мать Андрея, присела рядом и обняла девочку за плечи.
— Никто её не посадит, — добавил Андрей, хотя внутри у него не было никакой уверенности.
Позже Ольга действительно пришла за дочерью. Лицо у неё было серым, глаза пустыми. Она поблагодарила почти беззвучно, взяла Полину за руку и, не сказав больше ни слова, увела её домой.
— А вдруг это она его?.. — прошептала мать, когда дверь за соседками закрылась.
— Мам, перестань, — резко оборвал Андрей. — Ну куда ей против него?
Потом их ещё вызывали в участок. Спрашивали одно и то же, уточняли детали, заставляли вспоминать шум, крики, время. Но они действительно ничего не видели. В итоге случившееся оформили как несчастный случай.
Только Андрею первое время было не по себе. Роман являлся ему во сне: будто Андрей входит ночью на кухню, а сосед, весь в крови, медленно поднимается с пола и молча грозит ему пальцем.
Через год Андрей окончил институт. Один приятель уговорил его уехать на заработки в Киев. Мать переживала и отговаривала: мол, разве дома работы нет? Андрей отвечал, что хочет накопить на собственное жильё. Не всю же жизнь с матерью ютиться. А если женится — куда приведёт жену?
Ольга со временем оправилась. Синяки исчезли, лицо снова стало живым, она немного поправилась. Полина тоже постепенно перестала шарахаться от каждого резкого звука и уже не казалась той перепуганной девочкой, какой Андрей запомнил её в ту страшную ночь.
Прошло три года. Андрей вернулся неожиданно. Мать, конечно, обрадовалась, но сразу поняла: что-то случилось. Расспрашивать не стала — дождалась, пока сын сам заговорит. И он рассказал. Тот самый приятель убедил его открыть общее дело. Всё, что удалось отложить за два года, они вложили в этот проект, но бизнес быстро развалился. Девушка, с которой Андрей тогда встречался, исчезла почти сразу, как только поняла, что денег больше нет.
— Ничего страшного, — утешала его мать. — Ещё заработаешь. Молодой ведь. И девушек здесь хватает. Полину видел? В педагогический поступила, учительницей станет. Ты бы присмотрелся. Чем не невеста?
— Мам, ну что ты начинаешь, — привычно отмахнулся Андрей.
Но когда вскоре он встретил Полину, то едва узнал её. Перед ним стояла не угловатая девочка с испуганными глазами, а стройная, тонкая, удивительно красивая девушка.
— Ты насовсем вернулся или просто заехал? — спросила она.
— Вернулся, — ответил Андрей. — Работу ищу. Сегодня вот на собеседование ездил. Кажется, подошёл им. А я всё смотрю на тебя и поверить не могу, что это ты. Как Ольга?
— Хорошо. Она узнала, что ты приехал, и пирог для тебя печёт. Вечером принесёт.
— А ты с ней придёшь? — спросил он прежде, чем успел подумать.
Полина улыбнулась и смущённо опустила глаза.
Вечером они пришли вдвоём — с большим, румяным, ещё тёплым пирогом. Пили чай, вспоминали соседей, говорили о работе, учёбе, о всякой мелочи. О той давней ночи никто не упоминал. Андрей несколько раз ловил на себе взгляд Полины, и каждый раз ему становилось жарко, словно в комнате вдруг не хватало воздуха.
— Пригласил бы ты её куда-нибудь, в кино, например, — сказала мать, когда соседки ушли.
— Полина теперь такая красавица, — задумчиво произнёс Андрей. — У неё, наверное, от парней отбоя нет.
— Рано ты себя списывать начал, — усмехнулась мать. — Я видела, как она на тебя смотрит.
И Андрей всё-таки позвал Полину в кино. После сеанса они решили пройтись пешком. Шли не торопясь, разговаривали обо всём подряд, смеялись, вспоминали детство и незаметно дошли до своего этажа.
