Сколько сил она вложила в то, чтобы в доме не вспыхивали ссоры. Приходилось идти на ухищрения: продукты она приносила в два приёма — отдельно «в общий котёл» и отдельно то, что предназначалось только ей и Софии. Посылки с лекарствами для родителей передавала через подругу, чтобы Олег не заметил лишних коробок. Ольга приезжала исключительно тогда, когда зять был на работе.
И к чему это привело? Все её старания сохранить спокойствие обернулись против неё самой. Холодильник опустел вовсе не потому, что она плохая хозяйка, а потому что она кормила гостей, которых в дом приглашал он сам — свою родню.
В то утро Оксана поднялась затемно. Приготовила Софии бутерброды в школу — к счастью, хлеб и сыр ещё оставались, — сварила кашу. Когда она уже наливала себе кофе, на кухню вошёл Олег. Лицо у него было хмурое, он даже не поздоровался. Молча распахнул холодильник.
Оксана невольно напряглась. Он достал пакет молока, понюхал, плеснул в кружку и уселся за стол, не произнеся ни слова.
Она тоже ничего не сказала. Допила кофе, помогла Софии одеться и повела её в школу. По дороге мысли крутились вокруг вчерашнего разговора.
«Хорошо, — окончательно решила она. — Раз так, будем жить по-новому».
Вернувшись, первым делом она создала в телефоне отдельную заметку и назвала её просто: «Расходы».
После того как проводила дочь, зашла в маленький магазин возле школы и купила только то, что требовалось на сегодняшний вечер: куриное филе, немного гречки, овощи для салата, кефир для Софии и буханку хлеба. Ровно столько, чтобы хватило на один ужин. Ни грамма сверх этого, никаких запасов «на всякий случай». Оплатила картой и аккуратно сохранила чек.
Вечером Олег вернулся раздражённым. На футбол он так и не пошёл — поссорился с приятелем, и, судя по выражению лица, виноватой в этом он тоже собирался назначить жену.
Он первым делом заглянул в холодильник в поисках перекуса. Внутри стоял контейнер с ужином, который Оксана оставила для него, лежали овощи и йогурт дочери.
Но привычных «мужских радостей» — ни холодного пива, ни нарезки, ни сырокопчёной колбасы — там не оказалось.
— Колбаса где? — недовольно пробурчал он, шаря взглядом по полкам.
— Я её не покупала, — спокойно ответила Оксана, проверяя тетрадь Софии. — Взяла продукты только на ужин для нас троих. Если тебе нужно что-то дополнительно, сходи и купи сам.
Олег даже растерялся от такой прямоты. Он уставился на неё, будто пытаясь уловить намёк на шутку. Но она смотрела ровно и устало.
— Ты сам вчера сказал, что всё, что съела твоя родня, я должна возместить. Я и возмещаю. Беру ровно столько, сколько съедим мы с Софией, и готовлю тебе ужин — ты мой муж, я обязана тебя накормить, — в её голосе прозвучала едва заметная ирония. — А если тебе хочется пива или деликатесов, покупай их лично. Чтобы потом не вышло, что я посягнула на твои запасы.
Олег покраснел.
— Ты прикидываешься? — процедил он, покосившись на Софию. — Ты прекрасно понимаешь, о чём я говорил. Речь шла о принципе!
— Именно о принципе, — тихо ответила Оксана. — О справедливости. Если холодильник у нас общий, значит, и траты общие, и гости тоже общие. А если он считается твоим — пополняй его сам. Я тогда куплю маленький и буду держать там свои продукты и йогурты Софии. Чтобы не трогать твоё.
Девочка почувствовала напряжение и поёрзала на стуле. Оксана ласково провела рукой по её волосам.
— София, иди в комнату, почитай, пожалуйста. Я сейчас подойду.
Когда дверь закрылась, Олег сорвался.
— Ты совсем обнаглела? Условия мне ставишь? Я тебя содержу, квартиру оплачиваю, одеваю, а ты скандал закатываешь из-за какой-то колбасы!
— Скандал устроил ты, — Оксана поднялась. — Это ты вчера унизил меня, заявив, что я обязана платить за то, что кормила твою мать. Ты хотел раздельного подсчёта? Получай. С этого дня я покупаю продукты только для себя и ребёнка. Всё остальное — твоя забота.
— Да ты без меня никуда! — выкрикнул он. — Купит она… на свою копеечную зарплату!
Оксана лишь пожала плечами и спокойно посмотрела на мужа.
