В приёмную руководителя крупного производственного предприятия однажды заглянул главный технолог. Секретарь Оксана, не поднимая глаз от разложенных на столе документов, сухо сообщила, что Олега Осиповича несколько дней не будет, а его обязанности временно исполняет управляющий. Лицо гостя перекосилось от явного раздражения.
— Вот уж невидаль, — пробурчал он едва слышно.
— Если бы только впервые, — тихо добавил инженер, наклоняясь ближе. — Ты бы знала, сколько нервов мы потратили, когда он подменял Дмитро.
Оксана безразлично повела плечом.
— По мне так хрен редьки не слаще. Ни тот ни другой пораньше не отпускают. А Дмитро ещё и задерживал допоздна. Да, премии потом выдавал, но легче от этого не становилось.
— Странная ты, — усмехнулся технолог. — Платят ведь не за красивые глаза. И работа у тебя, между прочим…
— Ничуть не проще твоей, — резко оборвала его Оксана и кивком указала на дверь кабинета. — Так ты заходишь или передумал?
Мужчина поспешно замотал головой и почти бегом направился к выходу.
— Взрослые люди, а ведут себя как школьники, — фыркнула Оксана, вытаскивая из сумочки косметичку.
Неожиданно селектор взорвался резким голосом управляющего:
— Оксана, немедленно ко мне! И уборщицу сюда!
Не успев закончить макияж, девушка вскочила и выбежала в коридор.
— Мирослава! — окликнула она новенькую техничку, которая тщательно натирала стеклянную дверь до блеска.
Та выпрямилась. На её спине отчётливо выступал крупный горб. Медленно ступая, она направилась к кабинету.
— Что произошло, Оксана Арсеньевна?
— У Олега Осиповича там настоящий погром. Кричит так, будто его режут.
Войдя внутрь, Мирослава увидела разбитую картину: цветочный горшок с сиренью, прежде стоявший на стеклянной полке, валялся на полу, земля рассыпалась по ковру, а стебли растения были переломаны.
— Развели тут ботанический сад! — рявкнул управляющий. — Всё убрать немедленно. И остальные горшки отсюда вынести!
— Олег Осипович, за что же вы так на цветы сердитесь? Они ведь ни в чём не виноваты, — тихо произнесла Мирослава, присаживаясь и аккуратно собирая землю обратно.
— Только не начинай ещё плакать! Они меня отвлекают от работы. Убирай быстрее!
Смахнув набежавшую слезу, девушка осторожно вынесла сломанный куст, затем один за другим забрала остальные вазоны. Управляющий следил за ней с плохо скрываемым раздражением.
— Тебе бы зарядкой заняться или корсет купить. Нельзя же так сутулиться, — бросил он.
— Я приму к сведению, — едва слышно ответила Мирослава и, закончив, тихо прикрыла за собой дверь.
«Куда смотрела кадровая служба? — с досадой подумал Олег. — Зачем мне в офисе такое пугало?» В голове мелькнула мысль уволить её и найти на это место кого-нибудь миловидного и приветливого. Он задумчиво уставился в окно, покручивая короткую бородку, затем тяжело вздохнул и вернулся к работе за компьютером.
Сколько Мирослава себя помнила, она всегда ощущала свою непохожесть на остальных. У соседских ребят были отцы, а в их доме жили только мама и бабушка. На новогодних утренниках девочки щеголяли в платьях принцесс и снежинок, а ей бабушка мастерила костюм зайчика или божьей коровки — на пышные наряды с блёстками средств не хватало.
Со временем Мирослава твёрдо решила: никакие праздники ей больше не нужны. Училась она прилежно, но от участия в школьных концертах и вечерах категорически отказывалась. Классная руководительница не раз вызывала мать на разговор, убеждая, что девочке необходимо общение. Позже подключили и психологов: нельзя, мол, быть такой замкнутой, нужно учиться жить в коллективе. Мирослава посещала занятия, однако внутренне оставалась в стороне. Единственное место, где ей было спокойно, — библиотека. Книги становились её настоящими друзьями.
Однажды, набрав целую стопку литературы на каникулы, она возвращалась домой. Вдруг путь ей преградила компания подростков из параллельного класса.
— Привет, отличница, — с насмешкой произнесла бойкая девчонка. — Может, с нами погуляешь?
Мирослава удивлённо посмотрела на неё и отрицательно покачала головой.
— Нет, мне нужно домой.
— Какие ещё дела? Каникулы же! — загалдели ребята. — Нам одного игрока не хватает.
— Найдите другого, я не играю, — коротко ответила она и попыталась пройти мимо.
Но один из парней ухватил её за рукав.
— Ты что, нас игнорируешь?
— Отпусти! Я закричу!
Она вырвалась и бросилась бежать. Подростки, подзадоривая друг друга, понеслись следом. Для них это была забава, для Мирославы — настоящий ужас. Не глядя по сторонам, она выбежала на дорогу и в ту же секунду оказалась под колёсами автомобиля. Рюкзак упал, книги разлетелись по асфальту. Резкая боль пронзила спину, и сознание погасло.
Водитель мгновенно выскочил из машины, подбежал к девочке, осторожно поднял её и уложил на заднее сиденье. Затем собрал все рассыпавшиеся книги, аккуратно сложил их обратно и положил рядом. Подростки стояли ошеломлённые, не произнося ни слова.
— Я номер сфотографировала, можем в полицию обратиться, — испуганно прошептала одна из девочек.
— Вот это да… Пошли отсюда, — ответил высокий парень, и компания поспешила прочь.
В больничной палате Мирослава пришла в себя и сразу почувствовала тяжесть и боль в спине. Попыталась пошевелиться, но туловище оказалось зафиксировано гипсом — двигались лишь руки и ноги.
— Мама… — едва слышно позвала она.
Дверь тихо открылась, и в палату вошёл незнакомый мужчина.
— Здравствуй, Мирослава, — мягко произнёс он, стараясь улыбнуться. — Как ты себя чувствуешь?
— Откуда вы знаете моё имя? — удивилась девочка.
— Прости, мне пришлось заглянуть в твой рюкзак. Там лежал читательский билет, по нему мы и узнали, кто ты.
Он хотел добавить что‑то ещё, но Мирослава, собравшись с силами, перебила его новым вопросом.
