— В смысле — уходишь? А стол? А гости? А начальник?! Ты с ума сошла?
— На столе всё есть, Степа, — спокойно ответила она, указывая на кухню. — Я подготовилась.
Она развернулась и вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь. Степан, задыхаясь от возмущения, бросился на кухню.
— Предательница! Эгоистка! — орал он. — Ну, погоди, я тебе это припомню!
Он влетел на кухню, ожидая увидеть горы закусок. Но стол был девственно чист. На нем стоял лишь один большой поднос, накрытый накрахмаленной салфеткой. Под ней лежала записка и аккуратные стопки визиток всех ближайших ресторанов доставки города.
В записке было написано:
«Волшебство закончилось, Степан. Оказалось, что палочка сломалась от перегрузки. Сегодня ты будешь хозяином сам. И помни: настоящая хозяйка — это не та, кто кормит твоих друзей, а та, которую ты бережешь. Ты меня не берег. Продукты в магазине, кошелек у тебя в кармане. Удачи с начальником».
Степан в ярости скомкал записку. Телефон начал разрываться — гости уже парковались во дворе. Он лихорадочно начал набирать номера доставок, но вечер субботы — время пиковых заказов. Везде отвечали: «Ожидание от двух часов».
Начальник пришел первым. Он увидел пустое помещение, растерянного Степана в фартуке, надетом поверх костюма, и гору немытых тарелок, оставшихся с утреннего завтрака (Степан даже не подумал их убрать).
Вечер превратился в катастрофу. Заказанную еду привезли поздно, она была холодной и невкусной. Гости скучали, начальник выглядел глубоко оскорбленным таким «приемом». Карьера Степана, на которую он так рассчитывал, в этот вечер дала глубокую трещину.
