— Марина, ко мне, — голос Андрея Михайловича в селекторе прозвучал так, будто он прошел через слой вечной мерзлоты. Ни тени прежней доброжелательности, лишь сухой, колючий холод.
За три года безупречной службы Марина привыкла к его спокойному, почти отеческому тону. Она была его «правой рукой», тем самым механизмом, который заставлял офис работать без сбоев.
Тревога колючим ежом свернулась в груди. Девушка поправила строгий воротничок, глубоко вздохнула и толкнула тяжелую дверь.
В кабинете стоял удушливый, приторно-сладкий аромат ванили — любимый парфюм Инны, супруги босса. Сама хозяйка положения восседала в кресле Андрея Михайловича, сложив руки на массивной столешнице.
Безупречный костюм, ледяной взгляд и тонкие пальцы, нервно выстукивающие дробь по лакированной поверхности.
Андрей Михайлович застыл у окна. Он смотрел на улицу, сцепив руки за спиной, и казался непривычно сгорбленным.
— Присаживайся, — бросил он через плечо, не оборачиваясь.
Марина опустилась на край стула.
— Ну что, милочка, — голос Инны сочился ядом. — Давно пора было расставить точки. Я не слепая и вижу, какими глазами ты смотришь на моего мужа. Твои вечные «деловые» заходы в кабинет после окончания рабочего дня… Ты всерьез думала, что это останется незамеченным?
Марина почувствовала, как краска стыда заливает лицо. Это было настолько несправедливо и абсурдно, что слова застряли в горле.
— Инна Владимировна, это неправда. Между нами только работа…
— Работа? — Инна хищно улыбнулась. — Тогда где она, твоя работа? Где вчерашние договоры с ключевым инвестором? Андрей весь вечер перерывал офис, но документов нет. Ты их просто не подготовила, потому что была слишком занята… чем-то другим.
Марина растерялась. Она точно помнила вчерашний день.
— Но я всё сделала! Синяя папка, я лично несла её в кабинет…
И тут в памяти вспыхнул эпизод в коридоре. Вадим, двоюродный брат Инны — вечный «проблемный родственник», которого устроили в штат ради семейного спокойствия. Он перехватил её у самой двери.
— Мариночка, спасай! — канючил он, пряча глаза. — Сестра просила дать ей мельком глянуть на условия, там какой-то пункт её смутил. Я мигом, честное слово!
Марина, зная влияние Инны на дела фирмы, не рискнула отказать брату хозяйки.
— Я отдала документы Вадиму Сергеевичу, — тихо, но твердо произнесла она. — Он сказал, что это распоряжение Инны Владимировны.
— Что за наглая ложь! — Инна вскочила, её голос сорвался на визг. — Решила свалить свою халатность на беззащитного парня? Андрей, ты слышишь? Она клевещет на моего брата!
