Часть 1: Точка невозврата
— Что она здесь делает, Денис? — повторила Оксана, и в наступившей тишине было слышно, как на кухне мерно капает кран.
Денис кашлянул, пытаясь вернуть себе самообладание. Его план «семейного примирения» трещал по швам под ледяным скальпелем взгляда жены.
Светлана, почувствовав смену атмосферы, перестала жевать печенье и вызывающе выпрямилась, поправляя ярко-розовую олимпийку.
— Слушай, Ксюш, ну че ты как не родная? — влезла золовка, в голосе которой зазвенели базарные нотки. — Брат сказал, ты теперь там главная по тарелочкам. Я подумала, че мне в парикмахерской за копейки корячиться, если у тебя там кондиционеры и журналы бесплатные? Я ж обучаемая! На кнопочки нажимать умею, инстаграм веду…
Оксана медленно перевела взгляд на Светлану. Та осеклась. В глазах Оксаны не было ярости — там была бесконечная, выжженная пустыня.
— Кнопочки, значит? — тихо произнесла Оксана. — Света, в моей фирме «кнопочки» стоят миллионы. Один неверный клик — и бюджет клиента улетает в трубу. Один пропущенный звонок от инвестора — и репутация, которую я строила годами, превращается в пыль. Ты хоть понимаешь, что такое корпоративная этика? Что такое дисциплина?
— Да ладно тебе, — буркнул Денис, вставая с кресла. — Не нагнетай. Свои люди всегда надежнее. Она хоть воровать не будет и шпионить на конкурентов.
Оксана горько усмехнулась. Она посмотрела на мужа так, словно видела его впервые. Человек, с которым она делила постель и планы на будущее, оказался готов принести её карьеру в жертву комфорту своей ленивой родственницы.
— Денис, — Оксана сделала шаг вперед. — Я дам тебе один совет. Бесплатно. Забирай сестру, бери её журналы и уходите. Прямо сейчас. Потому что если я открою рот и начну говорить всё, что думаю о твоем понимании «надежности» и «поддержки», наш брак закончится раньше, чем вы дойдете до лифта.
— Ты мне угрожаешь? — Денис покраснел, его кулаки сжались. — Из-за какой-то сраной должности ты готова выставить меня из дома?
— Это мой дом, Денис. Купленный на мои бонусы. И это моя должность. И я не позволю превращать мою жизнь в балаган.
Светлана вскочила, картинно швырнув журнал на столик.
— Ой, да пошли мы, Ден! Видишь, она же переобулась! Корона череп жмет! Пойдем, пускай сидит со своими графиками, сухарь сушеный!
Они ушли, громко хлопнув дверью. Оксана стояла посреди пустой гостиной, вдыхая остатки приторных духов Светланы.
Тишина, о которой она мечтала весь день, наконец наступила, но она была не целебной, а тяжелой, как надгробная плита.
