Часть I: Вскрытие масок
В коридоре Валера с облегчением выдохнул и буквально рухнул на банкетку, поставив пакеты рядом.
Аромат деликатесов — густой, дразнящий, копчено-соленый — заполнил тесную прихожую, вытесняя привычный запах Ингиного скромного уюта.
— Ох, ну и тяжесть! — он вытер пот со лба. — Давай, Ингусь, ставь чайничек, мечи на стол, что там у нас сегодня? Я сегодня как зверь голодный.
Инга медленно поставила свои пакеты с землями картошки на пол. Она смотрела на него — такого родного за эти три месяца, такого «видного» — и вдруг увидела его по-настоящему.
Без налета благородной седины, без флера «непризнанного художника». Перед ней сидел обыкновенный паразит в хорошо отглаженном (ею же) шарфе.
— А почему бы тебе, Валера, не отрезать маме кусочек этой рыбки прямо сейчас? — голос Инги звучал странно спокойно. — И колбаски. И икорки открыть. Поужинаешь как человек, витаминами заправишься.
Валера на секунду замер, и в его глазах мелькнула тень — не то испуга, не то жадного расчета.
— Ты что, Инга! Это же матери. Я ей обещал. У неё режим, диета… А я уж как-нибудь твоих щей похлебаю. Мне много не надо, я человек неприхотливый.
Инга прошла на кухню, открыла холодильник. В нем сиротливо стояла кастрюля с супом из куриных спинок, который она варила вчера, экономя на нормальном мясе, чтобы «Валере было сытно».
— Знаешь, Валера, — сказала она, не оборачиваясь. — Я тут подумала. А ведь мама твоя, Зинаида Марковна, святая женщина. Такая забота от сына! Давай-ка мы её прямо сейчас порадуем. Позвоним ей, поздравим с такими покупками. Я даже познакомиться хочу, наконец. Столько про неё слышала.
Валера заметно занервничал. Он вскочил, запутавшись в собственных ботинках.
— Нет-нет! Она сейчас спит, у неё давление, процедуры! Никаких звонков!
Инга резко развернулась. В руках она держала его телефон — он по привычке положил его на тумбочку в прихожей, когда раздевался.
Экран мигнул. На нем висело непрочитанное сообщение от контакта «Мамуля».
«Валик, ты где застрял? Заказ из магазина привезли? Я жду стейки и сыр с плесенью. И не забудь про сухое вино. Ужин через полчаса».
В прихожей повисла такая тишина, что было слышно, как в пакете шуршит обертка от конфет.
