И всё же временами Марину мучила другая мысль: не заговори они тогда о разводе, возможно, Дмитрий остался бы жив. В их дворе никогда не собирались наркоманы, ничего подобного прежде не случалось. Всё выглядело так, будто чья-то невидимая сила подслушала их разговор и слишком жестоко помогла им разойтись. Теперь она жалела о многом — о словах, о молчании, о том, что уже невозможно было исправить.
На другой день они вернулись из леса с двумя ёлками. Одну установили у входа в дом, вторую занесли в гостиную. Украшения купили в небольшом магазине неподалёку. Игорь отыскал их старые снимки и развесил фотографии среди веток, словно самые дорогие игрушки. В доме сразу стало празднично: пахло смолой, свежей хвоей и приближающимся Новым годом. Они накрыли стол и встретили праздник вдвоём. Такой тихой, почти сказочной новогодней ночи Марина не могла припомнить.
Игорь говорил много — будто боялся снова замолчать на долгие годы. Признавался, что любил её давно, что тяжело пережил её свадьбу с Дмитрием, что завидовал ему, хоть и пытался не показывать. Слова лились одно за другим, и остановиться он уже не мог. Да и правда была в том, что слишком долго всё это оставалось внутри.
— Я вернусь и больше никуда не уеду, — сказал он. — Хочу быть возле тебя каждый день, каждую минуту. Больше не отпущу. Никому не позволю тебя забрать… Ты сможешь меня дождаться?
Марина опустила взгляд.
— Не знаю… Пока не могу. Дмитрий ещё здесь, рядом. Я чувствую его.
Они не стали торопить события и остались друзьями. Ни он, ни она не хотели ломать то хрупкое, что только начинало возникать между ними. Казалось, между ними всё ещё стояла тень Дмитрия.
Обратно Марина ехала с тревогой. Ей казалось, что в городе её снова накроют пустота, тоска и одиночество, что воспоминание о Дмитрии вернётся с прежней болью. Но этого не произошло. Внутри было неожиданно ровно, спокойно и даже тепло. Дни, проведённые в доме Игоря, вдруг заслонили тот страшный день, когда Дмитрий погиб.
Игорь уехал в Одессу, а Марина вернулась к работе. Пока он не отправился в рейс, он звонил ей каждый вечер, желал спокойной ночи, а по утрам присылал короткие сообщения: «Доброе утро. Пусть день будет хорошим». И этих нескольких слов Марине хватало, чтобы весь день чувствовать себя светлее.
Она не вычеркнула Дмитрия из памяти. Просто тот ужасный образ — кровь, просачивающаяся сквозь его пальцы, — постепенно терял прежнюю резкость. Он всё реже мучил её. Всё чаще Марина ловила себя на том, что думает уже не только о прошлом, но и о будущем. Об Игоре.
Через полгода он вернётся. Что будет тогда? Уже наступит лето, и они, наверное, снова поедут в его дом. Марина представляла, каким красивым должно быть это место летом.
Ей казалось, что впереди начинается совсем иная жизнь. И сама она стала другой. Та, прежняя Марина, осталась там, в прошлом, рядом с Дмитрием. А новая училась радоваться настоящему и верить в счастливое завтра.
«Не печалься, — сказала София. — Когда-нибудь всё объяснится, займёт своё место и сложится в цельный, красивый узор, будто кружево. Тогда станет ясно, зачем всё было нужно. Потому что в итоге всё окажется правильным».
Андрей
«Осознанная любовь способна пройти через всё. Нет такой трудности, которую она не одолеет, нет болезни, которую не сможет исцелить, нет двери, которую не откроет. Нет вины, которую она не простит, стен, которых не разрушит, и проступка, который не искупит…»
Максим
