Судья чуть приподняла брови.
— Разъясните суду, ответчик. Что именно вы подразумеваете? Каким образом вы намерены возвратить «неотделимые улучшения»? — поинтересовалась она.
— Ваша честь, — спокойно начала я. — Истец ссылается на кухонный гарнитур, который, по его словам, приобрёл за собственные средства. На самом деле мебель была оформлена в кредит, и половину выплат по нему внесла я. Но это даже не главное. Этот гарнитур рассыпался ещё два года назад.
Я выдержала короткую паузу, позволяя словам осесть в тишине зала.
— От постоянной сырости ДСП разбухло, фасады перекосило, дверцы попросту отвалились. В итоге мы вынуждены были вынести всё на свалку. Однако, — я подняла палец, — петли от этих дверец я сохранила. Они намертво проржавели и стали по-настоящему «неотделимыми». С радостью передам истцу пакет с этими ржавыми петлями.
По рядам прокатился приглушённый смех. Пристав поспешно отвернулся, скрывая ухмылку.
Лицо Тараса налилось багровым оттенком — точь-в-точь как у подростка, которого застали за запретным занятием.
— Далее, — невозмутимо продолжила я. — Истец утверждает, что оплатил укладку плитки в ванной. В материалах дела имеются чеки из магазина, оформленные на мою маму. Кроме того, прилагается договор с мастером Назаром, который был вынужден снимать и перекладывать плитку заново, потому что первоначально она была уложена криво.
Я обвела присутствующих спокойным взглядом.
— Впрочем, во время своего, как он выражается, «тяжёлого труда» истец действительно оставил след — пятно эпоксидной затирки на стене. Мы так и не смогли его удалить. Предлагаю Тарасу прийти с болгаркой и аккуратно вырезать кусок стены — полагаю, это улучшение по праву принадлежит ему.
— Возражаю! Это насмешка над судом! — вскочил адвокат Тараса.
— Возражение отклоняется, — ровным тоном ответила судья, пряча улыбку за листами дела. — Продолжайте.
— И наконец, пластиковые окна, — я раскрыла папку. — Перед вами договор на установку, оформленный на имя Надежды Петровны, и квитанции об оплате с её банковской карты.
Я повернулась к бывшему мужу.
— Роль истца в этом процессе сводилась к тому, что он сидел на табурете, выпил три бутылки пива и раздавал рабочим советы. Если суд посчитает подобное участие «неотделимым улучшением», я готова вернуть истцу именно его вклад в полном объёме.
