Возвращаясь домой после ночного дежурства, Оксана мечтала лишь об одном — съесть горячий чебурек, купленный по дороге в киоске, и провалиться в крепкий сон. Смена на скорой выдалась изматывающей, ноги гудели, а в висках стучала усталость. Но едва она поднялась на свой этаж, как поняла: отдохнуть сегодня не получится.
На площадке этажом ниже, прямо на холодных ступенях, сидел мальчик лет шести–семи. Из-за двери соседней квартиры доносились пьяные выкрики, грубый смех, звон стекла и ругань.
— Привет, — мягко окликнула она ребёнка. — Ты почему здесь один?
Мальчик пожал плечами и кивнул в сторону квартиры:
— Там мама с папой… опять шумят.
Он был худым, в мятой одежде не по размеру, с растрёпанными волосами, давно не видевшими расчёски. Вид у него был заброшенный.
— Голодный? — осторожно спросила Оксана.
— Немножко, — смущённо признался он. — Вчера вечером мама дала хлеб с солью… больше ничего.
Не раздумывая, она протянула ему руку:
— Пойдём к нам. Поешь спокойно, а потом решишь, когда возвращаться.
В тот момент Оксана даже не задумалась, как на это отреагирует Руслан. Сейчас важнее было накормить ребёнка.
Дома она поставила чайник, заварила чай и усадила гостя за стол.
— Как тебя зовут?
— Тарас… Данилов, — ответил он, не сводя глаз с ароматного чебурека, который она выложила на тарелку.
— А я Оксана. Ну что, Тарас Данилов, ешь. Сейчас ещё яичницу сделаю.
Она ласково провела рукой по его спутанным волосам и занялась сковородкой.
— Тётя Оксана, можно я у вас немного побуду? Когда они уснут, я тихонько вернусь, — попросил мальчик с набитым ртом.
— Конечно. Можешь даже телевизор включить. А я прилягу ненадолго — очень устала. Если Руслан придёт, не пугайся.
Накормив ребёнка и удивившись, что ему уже девять, а не семь, как показалось сначала, Оксана сама перекусила и почти мгновенно уснула.
Проснулась она под вечер. Руслан уже был дома и, судя по выражению лица, пребывал не в духе.
— Проснулась наконец, — сухо бросил он. — Может, ещё полдома сюда переселим и будем их нянчить?
— Где Тарас? — проигнорировала она колкость.
— Ушёл к себе.
— Ты его не обидел?
Руслан раздражённо махнул рукой:
— А что, если бы он что-нибудь стащил, пока ты спала? Или впустил дружков? Ты вообще думаешь?
— Перестань, — устало сказала Оксана. — Он хороший мальчик. Просто ему не повезло с родителями.
— А нам, выходит, не повезло с соседями, — пробурчал Руслан.
Она подошла и обняла мужа.
— Я знаю, ты у меня добрый. Просто ворчишь.
— Добрый… где-то очень глубоко, — усмехнулся он, но всё же смягчился. — Ладно, корми уже мужа, мать Тараса.
Они поженились сразу после медицинского института, когда обоим было по двадцать три. Два года брака пролетели быстро, а вот детей всё не было.
После ужина Руслан осторожно заметил:
— Может, обследуемся? Всё-таки время идёт.
— Два года — это ещё не повод для паники, — спокойно ответила Оксана. — Всему своё время.
— Поэтому ты и возишься с этим мальчиком? — прищурился он.
— Я просто его пожалела. Представь, каково ему.
С этим Руслан спорить не стал.
Со временем Тарас стал часто забегать к ним, особенно когда в его квартире начинались пьянки. Оксана помогала ему с уроками, обрабатывала ссадины после дворовых драк. Руслан постепенно привык к его присутствию.
Так прошёл год. Родители мальчика всё глубже тонули в своей зависимости, пока однажды не случилась беда. Отец уснул с непотушенной сигаретой. В ту ночь Тарас был у Савельевых. Сирены разорвали тишину, дом загорелся. Спасти никого не удалось. Мальчик в одночасье остался сиротой.
Несколько дней Оксана не решалась начать разговор с мужем, но всё же сказала:
— Руслан, давай заберём Тараса к себе. Его отправят в детдом. Ты же знаешь, что это такое.
— Я привык к нему, — нехотя признал он.
— Тогда усыновим. Пожалуйста.
Руслан сам не понял, как согласился. Бумаги оформили быстро. Так Тарас Данилов стал Тарасом Савельевым. Отчество менять не стали.
— Я должен помнить, кто мой отец, — серьёзно сказал мальчик. — И не стать таким, как он.
Через месяц после оформления документов Оксана узнала, что беременна.
— Отлично, — проворчал Руслан, когда Тараса не было рядом. — Теперь будет свой ребёнок и… этот.
— Он не чужой, — твёрдо ответила она. — Он уже наш.
— Для тебя — может быть. Я до сих пор не понимаю, зачем ввязался в это.
Его слова ранили её, но беременность протекала легко, без осложнений, и Оксана старалась не зацикливаться на недовольстве мужа. Больше её тревожило другое.
Однажды Тарас тихо спросил:
— Тётя Оксана… когда родится ваш малыш, вы меня обратно не отдадите?
Она крепко обняла его.
— Глупенький. Ты теперь наш сын. У тебя будет младшая сестрёнка, и ты станешь её защитником.
Мальчик кивнул, но в его глазах всё равно жила тревога. Слишком много плохого он уже видел, чтобы безоговорочно верить в счастье.
Когда пришло время рожать, Оксану отвезли в роддом. Осмотрев её, акушер нахмурился и серьёзно произнёс:
— Ребёнок перевернулся.
