– Для своих я ничего не жалею! – с размахом произнёс Игорь, словно поднимая тост. – У нас дом – полная чаша. Мария, чего ты притихла? В холодильнике ведь солёные огурцы оставались, достань к картошке, самое то будет!
Мария без слова поднялась из-за стола. Внутри разрасталась холодная, почти осязаемая пустота, будто кто‑то вычерпал всё живое и тёплое. Она медленно прошла на кухню и распахнула дверцу холодильника. Полки зияли непривычной пустотой. Ещё утром здесь стояли йогурты, лежали яблоки, сыр, упаковка колбасы. Теперь всё перекочевало на праздничный стол. Холодильник выглядел так, словно в квартире давно никто не жил.
Всё, что она купила на последние деньги до зарплаты. Весь её труд, дополнительные смены, отменённый выходной – всё это сейчас исчезало с тарелок под одобрительные замечания и снисходительные улыбки.
Мария сняла с полки банку с огурцами, машинально провернула крышку. В тёмном стекле окна отразилось её лицо – бледное, с тенями под глазами, собранные кое‑как волосы. Сорок два года – не возраст, а ощущала она себя уставшей женщиной, будто прислугой на чужом празднике.
Вечер казался бесконечным. Родственники засобирались только ближе к полуночи. Галина Васильевна, натягивая пальто, заботливо заметила:
– Заверни мне пару кусочков мяса, ладно? Игорю ты ещё приготовишь, а мне завтра у плиты тяжеловато стоять.
Она ловко уложила контейнеры в свою объёмную сумку, не испытывая ни малейшего смущения. Светлана тем временем сгребала оставшиеся конфеты, приговаривая, что детям к чаю пригодятся.
Когда за гостями наконец закрылась дверь, Мария прислонилась к стене в прихожей и на секунду закрыла глаза. Квартира пропахла едой. На столе громоздились тарелки с засохшими остатками, крошки рассыпались по полу, а на диване расплылось жирное пятно – кто‑то из детей уронил ломтик колбасы.
Игорь, довольно потянувшись, устроился в кресле.
– Отлично посидели, по‑семейному. Мама довольна. Мария, ты там быстренько порядок наведи и давай спать, мне завтра с утра в гараж нужно.
Она медленно открыла глаза и посмотрела сначала на него, потом на разгромленную гостиную.
– Игорь, – её голос звучал тихо, но твёрдо, – нам надо поговорить. Сейчас.
Он поморщился, не отрываясь от телефона.
– Что опять? Всё же нормально прошло. Давай без разборок, я устал.
– Сегодня я потратила все деньги, которые у меня оставались до зарплаты, – спокойно сказала Мария. – Коммунальные я оплатила вчера. На продукты для твоих родственников ушло почти шесть тысяч гривен. В холодильнике пусто. Я даже свои отложенные деньги достала, чтобы стол выглядел так, как тебе нравится.
Игорь нехотя поднял взгляд.
– И что? Из‑за такой мелочи устраивать драму? Я работаю, приношу деньги. В чём проблема?
– Проблема в том, – Мария собрала со стола грязные салфетки, – что твоя зарплата уходит на кредит за машину, бензин, рыбалку и обеды вне дома. А продукты, бытовая химия, лекарства, одежда – всё покупается на мои деньги. И когда твои родные приходят сюда каждые выходные, будто в ресторан без счёта, оплачиваю это тоже я. Готовлю я. Убираю я.
Он резко отложил телефон.
– Опять подсчёты! Это семья, а не бухгалтерия. Для близких не жалеют тарелки супа. Ты ведёшь себя, как мелочная торговка. Моя мать и брат вправе приходить ко мне домой. И я хочу, чтобы их встречали достойно, а не пустыми макаронами. Если не умеешь распоряжаться деньгами – не перекладывай вину на других!
Внутри Марии словно что‑то оборвалось. Месяцы обид и усталости растворились, уступив место холодной ясности. Она вдруг поняла: объяснять, доказывать, показывать чеки бессмысленно. Для него продукты появляются сами, а чистота наводится по щелчку пальцев.
Она выпрямилась и посмотрела ему прямо в глаза.
– Хорошо, Игорь. Я тебя услышала. Это твой дом и твоя семья. Никаких проблем.
Он удовлетворённо хмыкнул, решив, что спор окончен.
– Вот и отлично. А то из‑за куска мяса целую трагедию устроила. Иди посуду мой, а я спать.
В ту ночь Мария уснула неожиданно спокойно. Она не ворочалась, не прокручивала в голове его слова. В голове сложился чёткий и простой план.
На следующий день после работы она не свернула к супермаркету, как обычно. Вместо этого зашла в небольшое уютное кафе рядом с офисом. Заказала тарелку горячего борща с пампушками, салат из свежих овощей и чашку душистого чая. Ела медленно, смакуя каждый кусочек – еду, которую не нужно было готовить самой и за которой не следовало мыть гору кастрюль.
Расплатившись, она заглянула в маленький магазин у дома. Купила пачку хорошего творога для себя, одно яблоко и небольшой пакет любимого печенья.
Игорь встретил её в прихожей.
– Ну наконец‑то! Я голодный. Что у нас на ужин? От вчерашнего ничего не осталось, мама всё забрала. Давай быстро макароны с фаршем или котлет нажарь.
Мария спокойно сняла туфли и аккуратно поставила их на полку.
– Сегодня я не готовлю. Я устала. Если хочешь есть – свари себе пельмени.
Он нахмурился.
– Какие пельмени? Я их не видел.
– Значит, отвари макароны. В шкафу полпачки рожков. В холодильнике в дверце кетчуп должен быть.
Она переоделась, устроилась в кресле с книгой, которую давно откладывала, и погрузилась в чтение. С кухни вскоре донеслось недовольное сопение мужа, грохот кастрюль и хлопанье дверцами шкафов.
