Станислав не появился ни на следующий день, ни через день. Телефон был выключен. Елена не находила себе места, обзванивая больницы, пока утром третьего дня в прихожей не щелкнул замок.
Часть II: Обвал
— Привет, — хмуро бросил Станислав, скидывая туфли.
Елена смотрела на него, ожидая объяснений, извинений — чего угодно. Но он выглядел спокойным и даже каким-то решительным.
— Где ты был? — тихо спросила она.
— Лен, послушай… — он запнулся, но быстро взял себя в руки. — Я долго думал эти дни. Мне нужно кое-что для полноценного счастья.
— Что именно? Мы же только достроили дом, всё налаживается…
— Я хочу ребенка.
Елена вскинула на него взгляд, полный надежды. Все пятнадцать лет их жизни он твердил, что дети — это обуза, что ему нужна только она и их свобода. Она смирилась с этим, похоронив свою мечту глубоко внутри ради него.
— Стас… ты серьезно? Я тоже хочу! Мы можем попробовать, сейчас медицина…
Он поморщился, перебивая её:
— Леночка, не начинай. Тебе сорок. Зачем эти муки? Ты прекрасная женщина, мы прошли огромный путь, но… ребенка от меня ждет другая. Она моложе, и там всё получилось само собой.
Мир вокруг Елены начал медленно вращаться, превращаясь в размытое пятно.
— Другая? — прошептала она.
— Да. И я решил, что это шанс начать всё правильно. Поэтому… собери вещи и уходи. Пожалуйста.
— Как — уходи? Стас, мы строили этот дом вместе! Я вкладывала каждую копееку из своей зарплаты, я руководила рабочими, пока ты был в командировках!
Он достал из папки лист бумаги.
— Ошибаешься. Дом оформлен на мою мать по дарственной. Ты здесь по документам — никто. У тебя нет здесь долей. По закону я ничего тебе не должен. Если не уедешь до завтра, я просто сменю замки и выставлю сумки за забор.
Елена не стала кричать. Она просто поняла, что все пятнадцать лет жила в картонном домике, который сейчас сожгли одной спичкой. Копить она не умела — Станислав всегда говорил: «Скидывай мне, я инвестирую, а ты всё потратишь на ерунду». Теперь она понимала, куда шли эти «инвестиции».
