Часть I: Хрусталь на песке
Елена аккуратно расставила на столе тарелки с тонкой золотой каймой, положила тяжелые серебряные приборы и поправила салфетки из натурального льна. Хрустальные бокалы, казалось, ловили последние лучи заходящего солнца, играя искрами на скатерти.
Она вернулась в зону кухни — проверить готовность: пряные закуски из печеного перца и баклажанов уже томились под маринадом, нежная буженина в духовке покрывалась золотистой корочкой, а в кастрюле ждал своего часа рассыпчатый рис с шафраном.
Ну вот, всё готово, подумала она.
Елена поднялась на второй этаж, в спальню. Достала из гардероба платье цвета спелой вишни, распустила густые медные волосы и слегка подчеркнула глаза.
Глядя на себя в зеркало, она улыбнулась и по привычке подмигнула своему отражению. Она чувствовала себя красивой, несмотря на усталость от бесконечного ремонта, который они со Станиславом завершили только в прошлом месяце.
Через пятнадцать минут должен был прийти Станислав. Елена планировала приглушить свет и зажечь свечи — ведь сегодня ему исполнялось сорок.
Хотя он ворчал, что мужчины не отмечают такие даты, Елене хотелось подарить ему тепло после всех лет их кочевой жизни по съемным углам, пока строился этот дом.
Стрелки настенных часов перешагнули за семь, но дверь не открывалась. «Наверное, совещание затянулось», — подумала Елена. К восьми часам тревога начала сдавливать горло. Станислав всегда был пунктуален.
Она решилась позвонить. Голос мужа в трубке прозвучал холодно и раздраженно:
— Лена, на мосту жуткая авария, всё стоит! Город парализован. Не мельтеши.
Она зашла в приложение карт. Мост был «зеленым». Всё вокруг было свободно.
В девять вечера телефон пискнул коротким сообщением: «Не жди. Переночую у друга».
Елена замерла посреди огромной гостиной, которую сама красила по ночам. Она не знала, куда себя деть.
Сняла посуду, выключила духовку и долго ходила по пустому дому. Сон не шел. Всю ночь она металась в кровати, а к утру едва смогла подняться, чувствуя себя разбитой вазой.
