— Мам… — Галина Павловна судорожно всхлипнула, и лицо её смялось, будто в одно мгновение прибавилось десяток лет. — Я ведь решила, что ты Марии изменяешь. Испугалась за вашу семью. Хотела Оксану уберечь от предательства. Откуда мне было знать, что вы всё это… вместе задумали…
Роман шагнул ближе, опустился на корточки перед креслом и осторожно взял мать за дрожащие ладони.
— Мария ждёт нашего сына, мам. Твоего внука, — тихо, но твёрдо произнёс он. — А ты её по всему городу таскала, как преступницу.
Эти слова словно прорвали плотину. Галина Павловна расплакалась в голос, не стесняясь ни слёз, ни всхлипов. Оксана молча протянула ей пачку салфеток.
— Простите меня, глупую… — бормотала свекровь, сминая тонкую бумагу. — Я же хотела как лучше… Мария, девочка моя, прости. Я ведь в квартире на тебя накинулась. Решила, что ты охотишься за чужим мужем…
Мария мягко улыбнулась и, перегнувшись через стол, коснулась её руки.
— Всё уже позади, Галина Павловна. Наверное, на вашем месте я бы тоже вспылила. Главное — теперь нам не нужно ничего скрывать.
В тот же вечер они собрались на небольшой кухне у Марии. Роман возился с новым стеллажом для игрушек Назара, прикручивая полки и время от времени проверяя уровень. Галина Павловна уверенно хозяйничала у плиты, нарезая картофель для запеканки.
— Значит, всё-таки мальчик? — уже который раз уточняла она, сосредоточенно очищая кожуру.
— Врачи уверены, что сын, — с улыбкой ответила Оксана, разливая по чашкам чай.
Свекровь строго посмотрела на Марию:
— Тебе нужно питаться как следует. Завтра с утра поеду на рынок, куплю хорошую говядину, сварю наваристый бульон. Хватит перебиваться булочками.
Её перемены были разительными. Вместо прежних подозрительных визитов теперь она появлялась с сумками домашних заготовок, фермерским творогом и крохотными вязаными носочками. Забота лилась через край — словно так она старалась загладить свою вину.
Через месяц вся семья отправилась на важное обследование в частный медицинский центр. В коридоре пахло антисептиком и свежей краской. Мария скрылась за белой дверью кабинета, а Оксана и Роман сидели рядом на кушетке, крепко переплетя пальцы. Галина Павловна не находила себе места и мерила коридор шагами.
— Мам, присядь, у меня уже голова кружится от твоих кругов, — не выдержал Роман.
— Не могу, — призналась она. — Нервы не дают.
Спустя двадцать минут их пригласили внутрь. Мария лежала на кушетке, живот поблёскивал от прозрачного геля. Специалист повернула к ним монитор.
— Смотрите, родители, — сказала она, указывая на экран. — Вот профиль, вот ручки. Развитие отличное. Растёт крепкий мальчик.
Оксана смотрела на серые очертания, не в силах произнести ни слова. Роман обнял её за плечи и крепко прижал к себе, чувствуя, как под её ладонью дрожит его рука.
