— Снова эта печёнка с гречкой? — с досадой протянул Олег, брезгливо отодвигая тарелку. — Ты же знаешь, я с детства терпеть не могу субпродукты. Мужчине нужно нормальное мясо — говядина, на худой конец запечённая свинина.
Он развалился на стуле, упершись спиной в спинку, и с раздражением постукивал вилкой по клеёнке. Перед ним остывал ужин, над которым ещё минуту назад поднимался пар.
Оксана у раковины перекрыла воду, неторопливо вытерла ладони полотенцем и аккуратно повесила его на крючок. Лишь потом она обернулась. В её взгляде не было вспышки злости — только вязкая, накопившаяся усталость, словно тяжёлый осадок на душе.
— На «нормальное мясо», Олег, мы в этом месяце уже не рассчитываем, — спокойно ответила она. — Цены такие, что страшно смотреть. Мы сами решили экономить. Нужно менять окна и в спальне, и на кухне — из старых рам сквозит так, будто мы улицу греем. Я вчера перевела половину зарплаты на накопительный счёт. А от твоих денег, если честно, почти ничего не осталось.
Олег скривился и отвернулся к окну. За стеклом сгущались ранние осенние сумерки; ветер теребил жёлтые берёзовые листья, а мелкий дождь настойчиво стучал по стеклу.
— Я же объяснял, — сдержанно, но с явной досадой проговорил он. — На работе сейчас тяжело. Премии урезали всем, заказов мало, поставщики подводят. Радуйся, что оклад выплатили без задержек. В соседнем цехе вообще люди в долгах сидят. Потерпи немного — всё выправится. Поставим мы эти окна.
Оксана опустилась на стул напротив. Она внимательно посмотрела на мужа: гладко выбритое лицо, свежая дорогая рубашка — купленная неделю назад якобы из‑за строгого офисного дресс-кода. Сама же она четвёртый сезон носила одно и то же демисезонное пальто. Ткань давно потеряла вид, на рукавах выступили катышки, но каждый раз, когда заходил разговор о новой одежде для неё, находилось что-то «важнее»: то подвеска в машине Олега застучала, то срочно понадобилось продлить страховку, то сломался холодильник.
Оксана работала бухгалтером в небольшой логистической фирме. Работа нервная, требующая точности и концентрации, особенно в отчётные периоды, когда приходилось задерживаться допоздна. Олег занимал должность инженера по охране труда. Доходы у них были примерно равные, но если Оксана скрупулёзно записывала каждую гривну и планировала бюджет, то заработок мужа будто растворялся в бесконечных «непредвиденных» тратах.
— Хорошо, Олег. Потерплю, — тихо произнесла она. — Поужинай. Печень полезна. Другого сегодня нет.
Он шумно вздохнул, будто совершал подвиг ради семейного мира, и нехотя наколол кусок.
В эту секунду в прихожей резко зазвонил домофон. Оксана вопросительно взглянула на мужа, но тот лишь пожал плечами. Она вышла в коридор и сняла трубку.
— Оксана, открывай, это я! — раздался бодрый голос Тетяны, сестры Олега.
Оксана нажала кнопку и мысленно устало вздохнула. Тридцатилетняя Тетяна имела привычку появляться без предупреждения — как раз тогда, когда у хозяйки не оставалось ни сил, ни настроения изображать радушие.
Спустя минуту дверь распахнулась, впуская в квартиру запах дорогих сладких духов и холодный подъездный воздух. Тетяна стремительно вошла, снимая светлое шерстяное полупальто безупречного кроя. На ногах — модные кожаные ботильоны, в руках — объёмный пакет с логотипом известной кондитерской.
— Привет, мои дорогие! — весело пропела она, чмокнув Оксану в щёку и направляясь на кухню. — Олежка, братик! Я тут рядом была, решила заскочить. Привезла вам фирменный торт с фисташковым кремом. Давайте чай ставьте!
Оксана проследила взглядом за новой брендовой сумкой, которую гостья небрежно бросила на табурет. Тетяна работала администратором в салоне красоты по сменному графику. О своей «мизерной» зарплате она жаловалась всем родственникам без исключения. Однако её безупречный внешний вид, регулярные визиты к косметологу и свежий дизайнерский маникюр никак не вязались с образом девушки, едва сводящей концы с концами.
— Тетяна, что за повод? — оживился Олег, поспешно отодвигая тарелку с нелюбимой печенью. — Отлично выглядишь. Пальто новое?
— Конечно! — она довольно повернулась вокруг себя. — Вчера купила в торговом центре. Новая коллекция. Девчонки в салоне обзавидовались.
Оксана молча наполнила чайник и включила его.
— Красивое, — спокойно сказала она, доставая чашки. — Наверное, стоит немало. Ты же недавно говорила, что вам задерживают выплаты.
Тетяна на секунду замешкалась и бросила быстрый взгляд на брата, но тут же улыбнулась.
— Ой, Оксана, ты всё меряешь деньгами! Иногда надо себя баловать. Живём один раз. Немного отложила, немного заняла — выкрутилась. Зато чувствую себя человеком.
За чаем Тетяна без остановки рассказывала о планах на новогодние каникулы. Она собиралась с подругами лететь на горнолыжный курорт, уже выбирала экипировку и гостиницу. Оксана слушала этот непрерывный поток слов, глядя на свой бокал с отколотым краем, и ощущала, как внутри медленно нарастает тяжёлое, подавленное раздражение. Ей самой так хотелось выбраться хотя бы в скромный загородный пансионат на несколько дней, чтобы просто выспаться и вдохнуть свежего воздуха.
