Олег позвонил в последнее воскресенье сентября — как по расписанию. По нему можно было сверять календарь: двадцатые числа, листва начинает желтеть, и в телефоне раздаётся голос шурина.
Я даже не стал смотреть на дисплей — и так было ясно, кто звонит. Шесть лет подряд всё повторялось почти дословно: те же слова, тот же оттенок в голосе — чуть виноватый, но с внутренней уверенностью человека, который просит, будучи убеждённым, что ему не откажут.
— Привет, Сергей! Ну что у вас? Урожай в этом сезоне удался?
Я в тот момент стоял на крыльце нашей дачи в Полтаве. Телефон завибрировал — на экране высветилось имя Олега. Никаких сюрпризов.
Оксана вышла из дома, заметила, что я медлю с ответом, и заглянула через плечо.
— Это Олег? — спросила негромко.
Я молча кивнул.
— Возьми трубку. И, пожалуйста, без лишнего, хорошо?
Она вернулась внутрь. Ей не нужно было объяснять, чем всё закончится: я направлюсь к сараю, вытащу мешки и начну загружать багажник. За эти годы подобная сцена стала почти обязательной осенней церемонией.
— Неплохой урожай, Олег, — ответил я.
— Слушай, ты же понимаешь… — пауза была выдержана безупречно, словно по сценарию. — Нам бы мешков пять картошки.
Оксана стояла в дверном проёме и смотрела на меня. В её взгляде не было ни мольбы, ни давления — только тихая просьба, которую я научился распознавать за тринадцать лет брака: «Не начинай спорить. Просто отдай и забудь».
Надо пояснить.
Я по профессии инженер-энергетик, работаю на подстанции в Киеве. График сменный — два дня через два. С апреля и до октября каждый свободный день провожу на участке. Землю в двенадцать соток мы с Оксаной купили вместе в восемнадцатом году. С неё получаем картофель, морковь, свёклу, капусту, кабачки — запасаемся на всю зиму. Это не развлечение и не «для души», а ощутимая статья экономии в семейном бюджете.
С Оксаной мы познакомились в электричке по дороге из Львова в Киев. Разговорились, через год расписались. Тогда ей было двадцать шесть, мне — двадцать девять. Сейчас Оксане тридцать девять, мне сорок два. Сын Максим — одиннадцати лет, дочь София — семи. Живём в Киеве, в трёхкомнатной квартире; ипотеку закрыли три года назад. Оксана трудится экспедитором на складском комплексе: оформляет заявки, контролирует отгрузки, следит за графиками.
Олег — её старший брат, ему сорок пять. Он живёт во Львове с женой Юлией и двумя сыновьями. Работает менеджером в фирме, продающей котельное и отопительное оборудование. Доход у него достойный: автомобиль свежий, каждое лето — отпуск. Квартира своя, трёхкомнатная, в хорошем районе Львова, купили примерно десять лет назад.
Нельзя сказать, что они нуждаются. Картошку раньше держали в кладовке на нулевом этаже своего дома — там у жильцов предусмотрены отдельные помещения. Но покупать на рынке Олег принципиально не хотел.
Первый подобный случай произошёл осенью девятнадцатого года. Мы тогда всего второй сезон обрабатывали землю. Под картофель отвели пять соток: вспахать, нарезать борозды, разложить клубни, засыпать. Летом — бесконечная прополка, окучивание, полив в засуху. Колорадских жуков собирали вручную. А в сентябре — выкапывали, сортировали, сушили.
Олег тогда приехал без предупреждения. Прошёлся по огороду, одобрительно покивал. А уже возле машины, собираясь уезжать, как бы между прочим сказал:
— Слушай, Сергей… У вас картошки — хоть завались. Может, отсыплете нам мешка три? Юлия без домашней картошки жить не может.
