Я неторопливо поднялся с места. В наступившей тишине каждый мой шаг отдавался по комнате сухим, отчетливым звуком. Подойдя к столу, я остановился напротив Сергея и посмотрел ему прямо в глаза.
— То есть ты решил вынести это на суд всех присутствующих, Сергей? — произнес я ровно, но так твердо, что в комнате сразу стало еще тише.
— Не вам мне приказывать! — огрызнулся зять, вскинув подбородок. — Ваша дочь обманывала всех! А анализ не врет!
— В этом ты прав, — спокойно согласился я. — Генетика действительно не терпит домыслов.
Я медленно сунул руку во внутренний карман пиджака.
— Именно поэтому вчера я тоже заехал в лабораторию и забрал оттуда один весьма важный документ.
Достав конверт, я положил его прямо поверх той бумаги, которой Сергей только что размахивал перед всеми.
Самодовольное выражение мгновенно сползло с его лица. В глазах мелькнула тревога.
— Что это еще такое? Какой анализ? — резко спросил он, но голос уже звучал не так уверенно.
— Подлинный, Сергей. Не та бумажка, которой ты решил шантажировать мою дочь, пытаясь прикрыть собственные долги и провалы, — громко сказал я и повернулся к его родителям. — Виктор, Елена, ваш сын только что разыграл перед вами тщательно подготовленный спектакль. В моем документе сравнивались не гены Сергея и мальчика. Проверялась биологическая связь между Анастасией и Матвеем.
Анастасия резко подняла голову. Слезы уже катились по ее лицу, но сына она прижала к себе еще крепче, словно боялась, что кто-то попытается его отнять.
Я вскрыл конверт, развернул лист с печатями и зачитал вслух:
— Вероятность того, что Анастасия является биологической матерью Матвея, составляет ноль процентов.
Комната будто окаменела. Елена едва слышно вскрикнула. Виктор нахмурился и медленно перевел взгляд с документа на сына.
— Что за бред вы несете? — выдавил Сергей, но на лбу у него уже выступили капли пота. Он невольно сделал шаг назад.
— Моя дочь никому не изменяла, — отчетливо произнес я. — Анастасия по медицинским причинам не может иметь детей. Матвей — наш приемный сын. И ты, Сергей, знал об этом с самого начала.
Я шагнул к нему, и он снова отступил, пятясь к камину.
— Это ты заставил Анастасию скрывать правду от твоих родителей. Ты боялся, что они перестанут поддерживать тебя деньгами, если узнают, что у тебя нет кровного наследника. Ты вынудил ее изображать беременность, терпеть этот унизительный обман и молчать. А теперь, когда твой бизнес рухнул и на тебе повисли огромные долги, ты решил воспользоваться ребенком как оружием. Опозорить жену перед собственным строгим отцом, пригрозить ей скандалом и забрать дом. Дом, который купил я.
Мои слова падали тяжело, одно за другим. Среди гостей пошел шепот. Кто-то отвел глаза, кто-то посмотрел на Сергея с откровенным отвращением.
Виктор медленно приблизился. Это был человек жесткий, привыкший всего добиваться сам, и слабость характера он презирал больше всего. Он остановился перед сыном, и взгляд его стал таким тяжелым, что Сергей словно сжался.
— Папа… это неправда… он все выдумал, — пробормотал Сергей, запинаясь, но дрожь в голосе выдала его окончательно.
Виктор молча протянул ладонь.
— Ключи от машины. Сейчас же.
— Пап, ты что? — Сергей судорожно сглотнул.
— Это служебная машина моей компании. Ключи! — рявкнул Виктор.
