Иногда «сыночки-корзиночки» остаются такими навсегда не потому, что их так воспитали, а потому, что им так проще — не нести ответственности за свою жизнь.
Лина осталась одна, сохранив честность, но потеряв веру в то, что «родство душ» может победить многолетнюю привычку быть рабом.
Она смотрела в окно на вечерний город и знала: где-то там, в идеальной квартире с накрахмаленными шторами, Олег сейчас пьет чай, слушает рассказы о великих предках и медленно умирает внутри, боясь даже подумать о том, что Лина была права.
