— Но я хотела бы сама выбрать платье, — тихо, но твердо перебила Лина. — Это ведь и мой праздник.
Маргарита Степановна замерла с чайничком в руках. Глаза её сузились.
— Выбрать самой? Милочка, с вашим… специфическим бэкграундом вы вряд ли понимаете, что такое истинный вкус. Я беру это на себя. И это не обсуждается.
Олег, до этого хранивший молчание, вдруг сжал руку Лины. Но не в знак поддержки, а предостерегающе.
— Лина, мама лучше знает. Не спорь.
Часть III: Ультиматум
Конфликты посыпались как из рога изобилия. Маргарита Степановна контролировала каждый шаг: от цвета пригласительных до состава меню, где не было места предпочтениям Лины. Последней каплей стал вечер, когда Лина принесла каталог свадебных платьев, которые ей действительно нравились.
— Это безвкусица, — Маргарита Степановна брезгливо отодвинула журнал. — Ты наденешь закрытое платье из моей коллекции тканей. Оно подчеркнет то, чего тебе не хватает — благородство.
— Я не надену то, что мне неприятно! — вскипела Лина. — Олег, скажи ей!
Олег встал между ними. Его лицо, обычно такое мягкое, превратилось в маску из холодного камня.
— Лина, замолчи. Мама желает нам добра. Ты должна быть благодарна, что она вообще приняла тебя в наш круг.
— Благодарна за что? За то, что меня стирают как личность? — Лина не верила своим ушам.
— Не смей перечить моей маме! — вдруг выкрикнул Олег, и его голос сорвался на визг. — Я всегда займу её сторону! Она отдала мне жизнь, а ты — просто девчонка из ниоткуда. Если хочешь быть со мной, ты должна подчиняться ей беспрекословно.
Лина смотрела на него и видела не мужчину своей мечты, а испуганного мальчика, который прячется за материнскую юбку. Она развернулась и ушла, надеясь, что к утру он остынет и придет извиняться.
Но Олег не пришел. Вместо этого утром ей позвонила Маргарита Степановна.
— Олег не выйдет к телефону. Он слишком расстроен твоей неблагодарностью. Чтобы загладить вину, ты должна завтра приехать и извиниться передо мной на коленях. Только тогда свадьба состоится.
Часть IV: Интрига и разоблачение
Лина не поехала извиняться. Вместо этого она решила сделать то, что умела лучше всего как аналитик — раскопать правду. Слова о «чистоте гнилых генов» не давали ей покоя. Она начала искать информацию об отце Олега, о котором Маргарита Степановна говорила исключительно как о «заблудшем аристократе».
Через старые архивы и социальные сети Лина нашла человека, который знал их семью тридцать лет назад. Им оказался старый юрист, живущий теперь в уединении.
