Оксана стояла посреди комнаты и смотрела на закрытую дверь, за которой только что исчез Олег.
— И кто же из нас начал первым?.. — устало прошептала она, уже не надеясь услышать ответ.
Внутри было глухо и пусто. Она столько лет лелеяла мысль о возмездии: прикрываясь заботой об Алле Константиновне, понемногу вынуждать мужа тратиться, словно возвращая ему те годы, когда он щедро вкладывался в дочь. Казалось, это принесёт облегчение. Но теперь никакого торжества она не чувствовала — только выжженную пустыню в душе.
Дочь… Ей самой так и не довелось стать матерью. А Наталия смогла — и заплатила за это жизнью. От этой мысли всё внутри сжималось. Мир будто нарочно перепутал роли, раздав счастье и боль безо всякой логики.
— Я ведь хотел как лучше… — с отчаянием повторял Олег, сидя напротив Людмилы. Тётя заметно постарела: плечи ссутулились, голос стал хриплым, но взгляд по‑прежнему оставался ясным. — Скажи, как мне следовало поступить? Мы тогда с Оксаной на грани были, почти разошлись. Наталия уверяла, что принимает таблетки. А потом вдруг — радость, беременность… Значит, не принимала? Обманывала? И что я должен был делать, когда она решила рожать?
— Правду сказать жене, — медленно произнесла Людмила. — Сразу, без промедления. Потому что одна неправда…
— …цепляет следующую, — горько усмехнулся он. — Знаю. Но и Оксана с Аллой Константиновной за моей спиной свои игры вели. Крутили мной, как хотели. Чувствую себя последним простаком.
Людмила ничего не ответила. Она смотрела на племянника, которого судьба когда‑то фактически подарила ей вместо сына, и думала о простом законе жизни: всё возвращается. Даже если прошло двадцать лет, расплата всё равно настигнет.
Через полгода она всё так же сидела в своём любимом кресле у окна и размышляла о странной логике судьбы. Порой события складываются, будто детали мозаики, и вдруг становится ясно — именно так всё и должно было случиться.
Олег вернулся к Оксане. И случилось это во многом благодаря Дарине.
Девушка не прекращала общения с отцом и узнала об их разладе. Но прежде семью настигло ещё одно горе — умерла бабушка Дарины.
— Пап, — тихо сказала она как‑то вечером, — после мамы, а теперь и бабушки я многое переосмыслила. Мы растрачиваем время на обиды, на споры, забывая, что жизнь — подарок. Никто не знает, что будет завтра. Потери научили меня: иногда стоит уступить, отступить от принципов. Ради тех, кого любишь. Может, тётя Оксана…
— Разбитое не склеишь, — перебил её Олег, печально улыбнувшись.
— Ты уверен? — прищурилась Дарина.
— Лучше расскажи, как учёба, — сменил тему он, не желая продолжать. Он гордился дочерью: она успешно заканчивала университет, впереди её ждало много возможностей.
А Дарина тем временем тайком связалась с Оксаной. Они встретились в кафе и проговорили несколько часов. Сначала осторожно, потом всё откровеннее. Обиды постепенно теряли остроту.
— Дорогие гости, просим занять места! Торжественная часть начнётся через несколько минут! — разнёсся по залу голос ведущего.
Нарядная публика расступилась, пропуская пожилую женщину с тростью. Людмила медленно прошла по проходу и села у края ряда. Рядом устроился Олег. По другую сторону — Оксана в элегантном платье, которое они выбирали вместе специально для этого дня.
Но самым красивым нарядом всё равно сияла Дарина. Она сидела среди выпускников — сегодня ей вручали диплом об окончании вуза. Вся семья собралась, чтобы разделить этот момент.
Дома осталась только Алла Константиновна. После того как Оксана подружилась с Дариной, мать перестала с ней общаться, посчитав дочь непроходимой дурой. Ей было горько вспоминать времена, когда зять старался угождать ей во всём.
— Тебе бы, внученька, тоже такую чёрную шапочку надеть, — с улыбкой прошептала Людмила, указывая на студентов в мантиях.
— Это мантия и конфедератка, — рассмеялась Дарина, прижимая к груди диплом и букет, который подарил отец.
— Ох, не выговорю я этого, — покачала головой Людмила, ласково глядя на неё.
— Да ладно тебе, бабуль, — Дарина обняла её. — Ты у нас самая продвинутая.
Людмила смотрела на Олега, Оксану и Дарину и ощущала тихую радость. Семья получилась необычная — не по правилам, не по шаблону. Кто‑то, возможно, осудит. Но разве важно? Дарина давно взрослая, официальных формальностей не требуется. Главное — быть рядом, поддерживать друг друга и не множить старые ошибки.
Кажется, Оксана и Дарина нашли общий язык. Олег тоже изменился — стал мягче, внимательнее.
Людмила едва заметно перекрестилась.
Дай Бог, чтобы теперь у них всё сложилось по‑настоящему.
