— Как ты смеешь так разговаривать с матерью! — она почти закричала. — Ты обязана! Мы на тебя рассчитывали! Если завтра денег не будет на счету, я приеду к тебе на работу и устрою такой скандал, что тебя уволят. Я всем расскажу, как ты бросаешь престарелых родителей в голоде!
Я нажала на отбой. Мои руки тряслись. В течение недели телефон разрывался. Звонили тети, двоюродные сестры, даже старая мамина подруга. Все они в один голос твердили: «Кира, имей совесть! Твоя мать в слезах, у отца давление подскочило. Неужели тебе деньги дороже близких?»
Они не знали о дедушке. Не знали о моих бессонных ночах на второй работе. Они видели только ту картинку, которую мама искусно рисовала в их воображении: успешная и эгоистичная дочь бросает немощных стариков.
Интрига закрутилась, когда мне на почту пришло уведомление из банка. Оказалось, что год назад, когда маме «срочно нужно было подтвердить доход для карты», я подписала какие-то бумаги. Тогда я не глядя поставила подпись, доверяя ей. Теперь выяснилось — я стала поручителем по их огромному кредиту на загородное строительство, о котором даже не подозревала.
Часть IV: Ловушка закрывается
Сумма была астрономической. Родители перестали платить специально, чтобы банк обратился ко мне. Это была их месть за «мелочность».
— Теперь ты никуда не денешься, — сказала мама, когда я приехала к ним в очередной раз, пытаясь найти компромисс. — Либо ты платишь ежемесячно, либо у тебя опишут имущество. А ведь квартира деда тоже записана на тебя. Подумай о нем, раз о нас не хочешь.
Она сидела в кресле, попивая чай, и на её лице играла торжествующая улыбка. Она победила. Она загнала собственную дочь в долговую яму, чтобы продолжать жить в своем выдуманном мире роскоши за чужой счет.
Следующие два года превратились в кошмар. Я работала на износ. Дедушка видел всё это и таял на глазах. Его операция так и не состоялась — все свободные деньги уходили на погашение их «дачного» долга.
Я перестала с ними общаться. Просто переводила деньги банку, игнорируя их звонки и приглашения «на примирительный ужин с уткой».
Однажды ночью дедушки не стало. Он ушел тихо, во сне, сжимая в руке мою ладонь. Последнее, что он прошептал, было: «Прости меня, Кира. Не уберег я тебя от своей же крови…»
Часть V: Пустота в конце пути
После похорон я чувствовала себя опустошенной оболочкой. У меня не осталось сил ни на ненависть, ни на борьбу. Но судьба решила нанести последний удар.
Через месяц после смерти дедушки мне позвонили из полиции.
— Кира Сергеевна? Ваша мать… произошло несчастное случая на их загородном участке. Газовый котел был установлен с нарушениями — видимо, сэкономили на мастере.
Я ехала к той самой даче, за которую платила своим здоровьем и годами жизни. Передо мной дымились обгоревшие руины. Тот самый «замок из песка», построенный на моей крови, превратился в пепелище.
Отец выжил, но остался инвалидом. Мамы не стало мгновенно.
Когда я разбирала их уцелевшие вещи в арендованном гараже, я нашла небольшую шкатулку. Там лежали пачки денег. Сотни тысяч. Они не тратили всё. Они копили.
