Яйца.
— Вот, Нина Алексеевна вчера пирог пекла, он ещё остался, — сообщила Лена. — Отлично! — Оля захлопала в ладоши. — Пирог — это уже настоящий праздник!
Нина Алексеевна вошла на кухню с видом человека, который пытается взять ситуацию под контроль. — Оля, ну почему без звонка, — сказала она с упрёком, но без злобы, скорее с лёгким недоумением. — Я бы хоть что-то приготовила… — Да что вы, мамочка, — улыбнулась Оля самой тёплой улыбкой. — Зачем специально?
Мы же хотели просто.
Так и принимайте нас по-домашнему!
Эта фраза стала маленьким шедевром, ведь именно «по-домашнему, без церемоний» Нина Алексеевна сама повторяла каждый раз, приезжая к ним.
И теперь возразить было нечего.
Свекровь вздохнула и повязала фартук.
Следующий час прошёл по-своему прекрасно.
Лена жарила картошку, Нина Алексеевна нарезала пирог и доставала из холодильника всё, что оставалось: остатки салата, кусок варёной курицы, соленья.
Оля помогала — но именно помогала, а не брала всё на себя.
Она разложила тарелки, резала хлеб по просьбе и в целом была гостем — полноценным, незваным, но гостем.
Игорь разговаривал в другой комнате с отцом и братом, и Оля слышала его спокойный, даже весёлый голос сквозь стену.
Ей было хорошо.
Все сели за стол.
Он был небольшой, места было мало — не их просторная гостиная.
Павел Иванович, как обычно, попытался развалиться, но стул оказался неудобным, и он ёрзал.
Вася толкал локтем Лену из-за нехватки места.
Нина Алексеевна то вставала, чтобы подлить воды, то садилась, то снова вставала — хозяйка и никак иначе.
Оля же спокойно сидела, вытянув ноги под столом, и маленькими глотками пила вино. — Картошка очень вкусная, — искренне отметила она, ведь простая жареная картошка с луком действительно была на высоте. — Ну, картошка и есть картошка, — смутилась Лена. — Нет, правда.
У меня так не получается.
Хрустящая снаружи, мягкая внутри — этому нужно уметь.
Лена покраснела от удовольствия. — А пирог! — Оля взяла ещё кусок. — Мамочка, вы с яблоками делали? — С яблоками и корицей, — ответила Нина Алексеевна, и в её голосе мелькнула доля гордости, которую она тут же попыталась скрыть. — Объедение.
Игорь, ты согласен?
Вот это пирог. — Ага, — пробормотал Игорь, не поднимая глаз от тарелки, но Оля заметила, как уголок его рта дернулся.
За столом было шумно, тесно, но по-настоящему живо.
Павел Иванович рассказал старый анекдот, который все уже не раз слышали, но всё равно смеялись.
Вася спорил с братом о футболе.
Лена вдруг заговорила о своей работе, и оказалось, что она умеет забавно рассказывать — Оля раньше не замечала этого, потому что в их большой гостиной Лена обычно терялась и молчала.
Нина Алексеевна хлопотала, подкладывала, подливала — и Оля снова подумала, что свекровь в своей стихии.
Это её территория, её кухня, её стол.
Здесь она была настоящей хозяйкой, а не ревизором на чужом празднике.
Когда допили чай и съели последний кусок пирога, Оля откинулась на спинку стула и тихо, но так, чтобы все услышали, сказала: — Знаете, я решила.
Отныне только так. — Как — так? — удивилась Нина Алексеевна. — Вот так.
У вас. — Оля оглядела небольшую комнату, тесный стол, остатки простой еды на тарелках. — Это совсем другое.
Уютно.
По-семейному.
И пирог ваш, и картошка… Нет, правда, зачем мы всегда собираемся у нас?
Давайте теперь к вам будем приезжать.
