Десять лет — срок небольшой или огромный? Для кого как. Для меня это было почти отдельное существование, которое пришлось заново складывать по крошечным кусочкам после того, как мой бывший муж Андрей однажды решил уйти «искать себя». Ушел он легко: за спиной осталась я, двухлетний Кирилл и задолженность за съемное жилье.
За все эти годы Андрей словно провалился сквозь землю. Ни звонка, ни поздравления сыну с днем рождения, ни одной гривны на содержание ребенка. Я не устраивала истерик и не бегала за ним. Просто тянула все сама. Сначала хваталась сразу за две работы, потом рискнула открыть маленькое дело, ночами сидела над заказами, отказывала себе даже в мелочах вроде кофе навынос. И только полгода назад я наконец смогла сделать то, о чем мечтала годами: купила большую двухкомнатную квартиру. Свою. Без помощи родителей, без кабальных кредитов и без чужих подачек.
Когда я впервые вставила ключ в замок этой квартиры, у меня задрожали руки. Я вошла внутрь, закрыла за собой дверь и разрыдалась. Тогда мне казалось, что самое тяжелое осталось позади. Как же наивно я тогда думала.
То субботнее утро начиналось спокойно. Кирилл чем-то занимался у себя, я варила кофе и тихо радовалась обычной тишине, солнечному свету и виду из окна. И вдруг раздался звонок. Резкий, долгий, настойчивый — такой, будто человек за дверью заранее уверен, что ему обязаны открыть.
На пороге стоял Андрей.
Он изменился не слишком сильно: разве что лицо стало тяжелее, фигура расплылась, а на плечах красовалась дорогая с виду куртка, которая почему-то сидела на нем нелепо. Но главное было не в нем. За его спиной маячила молодая женщина, лет двадцати восьми, с густо прокрашенными ресницами и заметно округлившимся животом, который обтягивающее платье даже не пыталось скрыть.
— Привет, Марина, — сказал Андрей так, будто мы виделись вчера. — Ну что стоим? Гостей в дом приглашать надо.
Не дожидаясь ответа, он плечом оттеснил меня в сторону и вошел в прихожую с таким видом, словно пришел в собственную квартиру.
От подобной наглости я на секунду потеряла дар речи.
— Андрей? — наконец выдавила я. — Ты что здесь забыл? И откуда у тебя мой адрес?
— Земля круглая, Мариночка, — хмыкнул он. — Нашлись люди, рассказали, что ты теперь вся такая деловая, квартиру приличную купила. А это Оксана, моя жена.
Он кивнул на спутницу. Та тем временем скользила взглядом по стенам, по мебели, по новым обоям — брезгливо, будто оценивала чужую вещь на рынке.
— Нам надо обсудить один вопрос, — продолжил Андрей. — Серьезный. По делу.
Мы прошли на кухню. Кирилл выглянул из своей комнаты и растерянно посмотрел на незнакомого мужчину. Андрей даже головы в его сторону толком не повернул. Никакого узнавания, никакого волнения, ни малейшего тепла. Для него сын будто был частью интерьера, случайной деталью в моей квартире.
— Короче, ситуация такая, — начал Андрей, без спроса усаживаясь на мой новый стул. — Я знаю, что жилье ты оформила недавно. И вот я подумал… Официально-то мы с тобой развелись всего пять лет назад, не забыла? Алименты я не платил, ты сама ничего не требовала. Значит, некоторые имущественные моменты между нами так и остались не закрыты.
В груди у меня поднялась ледяная злость.
— Какие еще моменты, Андрей? — я с трудом сдерживала голос. — Эта квартира куплена через девять лет после того, как ты исчез. На мои деньги. На те, что я заработала сама. Ты к ним не имеешь ни малейшего отношения.
Он усмехнулся и положил на стол какой-то лист.
— С юридической точки зрения, дорогая, все выглядит не настолько просто. Я уже советовался. В начале своего бизнеса ты ведь не со всей прибыли налоги платила, верно? И доказать, что деньги не копились еще в браке, тебе будет непросто. Но я человек разумный. Вся квартира мне не нужна. Мне нужна моя доля. Либо ее стоимость деньгами.
Оксана, до этого молчавшая, вдруг вмешалась:
— Нам сейчас действительно очень нужны средства. Вы же видите, я беременна. Андрей — отец, и он имеет право на часть ресурсов. Это нормально. Он должен обеспечить своего будущего ребенка.
— Будущего ребенка? — я почти сорвалась на крик. — А о Кирилле ты вспомнил? О сыне, который рос без тебя? Его будущее обеспечивать было не нужно?
Андрей скривился, будто я сказала что-то неприятное и неуместное.
— Не надо устраивать спектакль. Кирилл уже большой, у него все есть. А нам с Оксаной нужно думать о расширении. Поэтому предлагаю решить по-хорошему: ты отдаешь мне два миллиона, и я исчезаю из твоей жизни окончательно. Если откажешься, я подам в суд на раздел имущества и признание права собственности. Поверь, тогда ты потеряешь гораздо больше. С адвокатами сейчас шутки плохи.
