— У нормальных родителей дети не живут в тесноте, как в клетке! — выпалила Ольга. — Вот Дарье Петровой мать с отцом взяли трёхкомнатную квартиру просто потому, что у них была такая возможность! И у тебя возможность есть. Только желания нет!
— Дарья Петрова, если не ошибаюсь, дочь заместителя министра, — спокойно ответил я. — Сравнения выбирай хотя бы более похожие.
— Да какая разница, кто она такая?! — Ольга уже почти сорвалась на крик. — Ты просто не желаешь нас понимать!
За окном снова всполошились скворцы: сорвались с веток, захлопали крыльями над крышей. Я поднялся не сразу — медленно, придерживаясь за подлокотник. Последние дни ныла спина, старая травма опять напоминала о себе.
— Сядь, Ольга, — сказал я. — Сядь и выслушай меня хотя бы один раз. До конца. Не перебивая.
Она помедлила, но всё-таки опустилась обратно на стул. Алексей так и остался у двери, будто каждое следующее слово давалось ему с трудом.
Я обошёл стол, подошёл к буфету и вынул из нижнего ящика старую папку с бумагами. Вернувшись на место, положил её перед собой.
— Посмотри. Вот документы на этот дом. Куплен он был в девяносто четвёртом году.
Ольга едва заметно кивнула.
— Так вот, для тебя это, может быть, «лишняя недвижимость». А для меня — целая жизнь. Я хочу жить здесь. Там, где по утрам пахнет яблоками и сырой травой. Я не прихожу к тебе просить денег на продукты или лекарства. Свою пенсию я заработал сам.
Алексей тихо кашлянул:
— Дмитрий Сергеевич…
— Алексей, подожди, — остановил я его. — Я ещё не закончил.
В этот момент заплакал Илья. Кристина выбежала из гостиной с книжкой в руках, наткнулась на мать и замерла, испуганно переводя взгляд с одного взрослого на другого.
Ольга подхватила сына, прижала к себе.
— Вот, пожалуйста. Довёл ребёнка.
— Не я довёл его до слёз, — ответил я. — Это вы решили выяснять отношения при детях. Вы сами втянули их в этот разговор, хотя могли приехать вдвоём. Хотя, знаешь… наверное, даже правильно, что приехали. Такие вещи по телефону не решаются.
Я захлопнул папку и посмотрел дочери прямо в глаза.
— Мой ответ — нет. Дом я продавать не стану. Нужна квартира просторнее — продавайте свою двухкомнатную, берите ипотеку, ищите варианты, зарабатывайте. Вы с Алексеем молоды, здоровы, оба работаете.
Ольга поставила Илью на пол.
— Ты даже не представляешь, каково это — двое детей в маленькой квартире. Ты не понимаешь вообще.
— Понимаю лучше, чем тебе кажется. Мы с Еленой растили тебя сами. Без бабушек на подхвате, без нянь и без постоянной помощи со стороны. А ты почему-то уверена, что тебе все обязаны: государство, муж, отец. А ты сама? Что готова сделать ты?
Она сжала губы.
— У тебя прекрасное образование, красный диплом, два языка. При желании ты можешь зарабатывать больше Алексея в два раза. Но ты не хочешь искать путь. Гораздо легче приехать сюда и сказать: папа, продай дачу.
— Я не могу сейчас нормально работать, у меня дети!
— Дети не остаются младенцами навсегда. Кто мешает тебе уже сейчас поискать удалённую работу? Сейчас люди из дома зарабатывают прилично, не выходя из квартиры.
— Ты говоришь так, будто это элементарно.
— Я и не сказал, что легко. Я говорю — попробуй. Прежде чем требовать от меня продать дом, попробуй сама что-то изменить. Найдите другой выход.
— Пап, ну не надо всё доводить до крайности.
Ольга отвела глаза и уставилась в окно, где под ветром покачивались ветви яблони.
— Я предлагаю вам вернуться домой и подумать спокойно, — сказал я. — Без крика, без упрёков и без обид. Сесть вдвоём и нормально всё обсудить.
