Оксана Павловна всю жизнь гордилась тем, что стоит на стороне фактов. Тридцать пять лет она проработала бухгалтером на заводе железобетонных конструкций, и за это время усвоила простую истину: каждая гривна должна сходиться в отчёте, а любая цифра обязана иметь документальное подтверждение. В её представлении мир чётко делился на истину и обман — без полутонов и оправданий. Эти понятия были для неё такими же непреложными, как дважды два — четыре.
Поэтому новость о том, что её невестка Юлия собирается участвовать в популярном телепроекте, она встретила без особого воодушевления, почти с насмешкой.
— И чем же ты там собираешься удивлять публику? — поинтересовалась она за воскресным столом, с шумом опуская чайник на скатерть. — Рассказами о том, как училась в институте искусств, а потом пять лет дома просидела?
— Оксана Павловна, зачем вы так? — Юлия покраснела и аккуратно положила ложку рядом с тарелкой. — Это шоу талантов. Там важно представить себя, создать образ. Можно спеть, станцевать… или поделиться какой-то историей.
— Историей? — скептически переспросила свекровь. — О своей жизни? Так в ней, прости, событий немного. Тарас, хоть ты ей объясни.
Тарас неловко улыбнулся и лишь пожал плечами.
— Мам, это же формат такой. Там все немного приукрашивают. Это часть игры.
— Приукрашивают? — губы Оксаны Павловны сжались в тонкую линию. — Называй вещи своими именами: это ложь. Впрочем, решай сама. Только смотри, чтобы потом перед людьми стыдно не было.
Разговор быстро сошёл на нет, и она вскоре выбросила его из головы. До тех пор, пока спустя две недели, перебирая телевизионную программу в поисках вечернего сериала, не наткнулась на знакомое название передачи.
В рекламной заставке мелькнуло лицо Юлии, освещённое яркими софитами, а бодрый голос ведущего сообщил: «Юлия — владелица собственного модельного агентства! Её модели покоряют подиумы Милана и Парижа! Сможет ли она впечатлить наше жюри?»
Оксана Павловна даже привстала в кресле. Модельное агентство? Милан? Париж? Она несколько раз моргнула, решив, что ослышалась.
Однако экран уже демонстрировал эффектную нарезку: дефиле, девушки в вечерних платьях, вспышки фотокамер. Поверх кадров — снимок Юлии в строгом деловом костюме.
Этот костюм Оксана Павловна узнала мгновенно: Юлия купила его на распродаже в «Модном сезоне» за три тысячи гривен.
Весь вечер она не находила себе места. Обида буквально сдавливала грудь. Дело было не в зависти и не в желании уколоть невестку. Её возмущала сама откровенность выдумки. Такое ведь показывают на всю страну! А если кто-то из знакомых увидит? Что подумают люди? Решат, что в их семье живут фантазёры и притворщики?
Когда Тарас зашёл к матери вечером, она встретила его без предисловий.
— Ты это смотрел? — резко спросила она. — Слышал, что Юлия про себя рассказывала?
Тарас устало потер переносицу.
— Мам, не заводись. Это телевизионный формат. Нужно выделиться, создать легенду. Так делают почти все участники.
— Почти все — не значит правильно! — вспыхнула Оксана Павловна. — Я так не поступала. И твой покойный отец тоже. Мы честно работали на заводе и не стыдились этого. А она — «хозяйка агентства». У неё ведь кроме вашего института культуры и образования-то нет!
Спор затянулся недолго: Тарас понимал, что переубедить мать невозможно. В конце концов он ушёл, оставив её одну в квартире, где гнев и негодование лишь усиливались в тишине. Оксана Павловна ещё долго сидела перед тёмным экраном телевизора, прокручивая в памяти увиденное и чувствуя, как внутри нарастает тяжёлое, тревожное чувство, которое к утру только окрепнет.
