Мария про себя уточнила: с показов сумок, каждая из которых стоит почти как половина её месячного дохода. Помогая Ольге Петровне стянуть пальто, она ощутила, как внутри привычно щёлкнул профессиональный механизм. Юридическое чутьё проснулось мгновенно и заработало на полную: возможные причины визита, будущие доводы, места, где собеседница наверняка попробует надавить.
— Мам, мы тут как раз… — осторожно начал Максим.
Но договорить ему не дали.
— Да-да, понимаю, вы теперь молодые супруги, у вас каждая минута на счету! — Ольга Петровна уже опустилась на диван и заняла самую середину, будто это был не диван, а освещённая рампой сцена для её сольного выступления. — Поэтому я коротко. По важному вопросу. Даже, можно сказать, по прекрасному вопросу.
Мария устроилась рядом, внешне совершенно спокойно. Спина ровная, ладони лежат на коленях, взгляд внимательный. Поза человека, который слушает. Максим остался у входа в комнату, словно часовой, не решающийся отойти от поста.
— Какому вопросу, мам? — спросил он с той осторожностью, с какой наступают на лёд, не зная, выдержит ли он вес.
— Сейчас объясню. У Марии замечательная квартира. Двухкомнатная, своя, ухоженная, без кредитов и долгов. Я прекрасно понимаю: это показатель её самостоятельности, её успеха. — Ольга Петровна выдержала небольшую паузу, будто давала этой мысли как следует осесть. — А у Алины — та самая однокомнатная квартира в ипотеке. Сплошная головная боль. Она там почти не бывает, всё время поездки, съёмки, показы, встречи… Но человеку ведь всё равно нужно место, куда можно вернуться.
— А где она сейчас живёт, если не у себя? — мягко поинтересовалась Мария.
Голос звучал спокойно, почти вежливо, но в этой мягкости уже появилось холодное металлическое основание.
— То у друзей, то у нас, то ещё где-нибудь. Она же творческая натура, свободная, воздушная! — Ольга Петровна взмахнула рукой, словно набрасывала в воздухе красивый эскиз будущего. — Но ей нужен настоящий дом. Поэтому я подумала и нашла очень разумный выход. Вы, дети, можете обменяться жильём. Мария оформляет свою двухкомнатную квартиру на Алину, а Алина переоформляет свою однокомнатную на Марию. Разумеется, Мария компенсирует Алине первоначальный взнос и всё, что та уже успела выплатить банку. Я прикинула сумму — для такой состоявшейся девушки, как ты, это вполне посильно. Зато Алина получит нормальное жильё без долгов. Всё останется в семье, никто ничего не теряет, наоборот — всем станет лучше.
Мария медленно выпустила воздух из лёгких. Она смотрела на свекровь и одновременно мысленно складывала цифры: нынешняя рыночная цена её квартиры, остаток долга по ипотеке Алины, проценты, уже выплаченные и будущие. Перед ней была не семейная договорённость. Это походило на откровенный захват имущества, только завернутый в красивую упаковку под названием «родственная поддержка».
— Давайте я уточню, правильно ли поняла, — произнесла Мария негромко, и теперь в её голосе отчётливо зазвенела сталь. — Вы предлагаете мне, юристу, который Семейный и Гражданский кодексы знает практически наизусть, безвозмездно передать мою чистую, полностью оплаченную квартиру сестре моего мужа. А взамен вы предлагаете мне принять квартиру Алины.
