Сайт для Вас!
Тяжелая спортивная сумка с глухим стуком опустилась на бетонный пол лестничной площадки.
Вслед за ней вылетел пакет с дорогими рубашками. — Тамара, ты совсем с ума сошла?! — голос Ивана эхом разнесся по подъезду.
Он резко потянул металлическую ручку на себя, но дверь уже была заперта на два замка. — Открой немедленно!
Что за нелепые выходки?
Тамара прижала горячий лоб к холодной поверхности входной двери.
Внутри не было ни паники, ни слез.
Лишь гулкая пустота и ощутимое чувство того, что всё вокруг стало пугающе отчетливым.
Она медленно выдохнула, сняла домашние тапочки и направилась на кухню.
Устроилась за столом, глядя на забытую Иваном кружку с недопитым кофе.
Они познакомились чуть более года назад.
Тамара трудилась реставратором в небольшой мастерской — возвращала к жизни старинные комоды, венские стулья, буфеты.
Иван зашел туда случайно, в поисках винтажного зеркала для клиента.
Выглядел он безупречно: в идеально выглаженном пальто, с грамотной речью.
Он красиво ухаживал: встречал после работы, приносил горячий чай в термосе, если она задерживалась.
Незаметно его зубная щетка оказалась в её скромной «двушке», а вскоре и он сам занял половину шкафа.
Первый тревожный звонок прозвучал за пару дней до Нового года.
Тамара стояла у плиты, помешивая клюквенный соус, когда Иван швырнул телефон на столешницу и недовольно поморщился. — Людмила Ивановна звонила.
Мама настаивает, чтобы мы приехали к ней тридцать первого.
Там будет моя тетка с мужем, хотят тебя увидеть.
Тамара растерянно вытерла руки полотенцем. — Иван, но мы же договорились остаться вдвоём.
Я утку купила, продукты.
Да и неудобно с пустыми руками ехать, я твоих родственников почти не знаю. — Купим торт по дороге, сойдет, — махнул он рукой, открывая холодильник. — Посидим пару часов формально, съедим оливье и вернемся.
Не придумывай проблемы там, где их нет.
Вечером тридцать первого декабря Нежин встал в непробиваемые пробки.
Квартира Людмилы Ивановны встретила их безупречной чистотой, блеском хрусталя и ощутимым холодом.
Мать Ивана, статная женщина с строгим каре, бросила на Тамару быстрый оценивающий взгляд с ног до головы. — Раздевайтесь, раз уж пришли, — сухо сказала она.
Деревянную шкатулку, сделанную Тамарой собственноручно в подарок, Людмила Ивановна небрежно отодвинула на край комода, даже не раскрывая её.
Едва они сели за стол, у Ивана зазвонил мобильный.
Он взглянул на экран, раздраженно цокнул языком и сбросил вызов.
Звонок повторился мгновенно. — Что еще за новости, — выдохнул он, нажимая кнопку ответа.
Лицо его внезапно исказилось. — Как это выписали?
Прямо сегодня?
Он повесил трубку и посмотрел на мать. — Бабушка Вера Сергеевна.
Её из больницы выписали, сейчас сидит в вестибюле с вещами.
Требует, чтобы я отвез её в Козелец.
Людмила Ивановна аккуратно промокла губы бумажной салфеткой. — Вот еще новости.
В такую метель тащиться в эту глушь?
Пусть такси возьмёт или переночует в гостинице.
У меня для неё места нет, я ещё пять лет назад сказала, что она здесь не появится.
Сама виновата, не захотела ту развалюху продавать.
Тамара застыла с вилкой в руке.
