Однако за глянцевыми улыбками и громкими словами скрывалась совсем иная картина. Олег с упоением рассказывал журналистам, будто именно он поднял бизнес с пустого места, словно не существовало ни бессонных ночей, ни проданной квартиры, ни той отчаянной ставки, на которую когда‑то решилась Оксана. Он пересел на дорогие автомобили, коллекционировал статусные часы, обзаводился влиятельными знакомыми. А жена постепенно превратилась для него в незаметную деталь интерьера — в человека, который просто ждет его дома и распоряжается, как он любил подчеркивать, «его средствами». Со временем он либо действительно забыл, либо убедил себя забыть, чья подпись стоит в уставных бумагах компании.
Резкий сигнал телефона разорвал вязкую тишину и выдернул Оксану из потока мыслей. На дисплее высветилось: «Людмила Викторовна». Главный бухгалтер фирмы, человек старой школы, работавшая рядом с ними с первого дня и прекрасно помнившая, откуда взялся первоначальный капитал.
— Оксаночка, доброе утро, — произнесла она тихо, непривычно сдержанно, будто опасалась лишних ушей.
— Доброе утро. Что-то произошло? Вы ведь редко звоните так рано, — насторожилась Оксана.
В ответ повисла пауза. Слышно было только тяжелое дыхание.
— Девочка моя, я долго колебалась… Но молчать не могу. Я знаю, сколько ты вложила в эту компанию.
В груди у Оксаны неприятно сжалось. Дремавшее годами предчувствие внезапно вспыхнуло тревожным сигналом.
— Говорите прямо, Людмила Викторовна. Я готова.
— Олег Викторович поручил мне подготовить пакет документов на вывод активов. Строительная техника, склады, часть коммерческих площадей — все переводится на другую фирму.
— На какую еще фирму? Мы не обсуждали никаких изменений, — голос Оксаны оставался ровным.
— Вот именно. Это новосозданная компания. Формально ее учредитель — некая Дарина Соболева. Тебе знакомо это имя?
Оксана медленно закрыла глаза. Дарина — двадцатипятилетняя ассистентка Олега, появившаяся в офисе год назад. Высокая, самоуверенная, с неизменной снисходительной улыбкой на редких корпоративных вечерах.
— Понимаю, о ком речь, — спокойно ответила она, хотя внутри все заледенело. — На каком основании оформляется передача?
— Якобы погашение долга по договору займа. Но договор фиктивный. Схема проста: основную компанию оставят с обязательствами перед подрядчиками, а все ликвидное имущество уйдет на эту Дарину. Сегодня вечером он собирается привезти тебе решение учредителя о согласии на крупную сделку. Юристы подготовили бумаги так, чтобы они выглядели как обычные налоговые формальности. Он рассчитывает, что ты подпишешь, не вникая.
Все мгновенно стало на свои места. Утренние слова Олега — про «обычные документы» и «поставь подписи, где отмечено» — обрели иной, пугающий смысл. Речь шла не только о новой женщине. Он намеревался лишить ее всего, опустошив предприятие, которое юридически принадлежало именно ей.
— Людмила Викторовна, — голос Оксаны стал твердым и холодным. От мягкости не осталось и следа. — Документы уже готовы?
— Почти. Он требует закончить к обеду.
— Задержите процесс. Любой ценой. Пусть программа «зависнет», найдется ошибка в реквизитах, сломается принтер — что угодно. Нужно выиграть время до вечера. И еще… отправьте мне по защищенной почте выписки со счетов и актуальную редакцию устава.
— Уже отправила. Проверь ящик. И будь осторожна: в последнее время он нервный, вспыльчивый. Уверен, что все просчитано.
— Спасибо вам. Я этого не забуду.
Положив телефон, Оксана на секунду прикрыла глаза. Руки едва заметно дрожали, но сознание было ясным. Паника сейчас только навредит. Олег привык к ее доверию и к тому, что она не задает лишних вопросов. Он недооценил ее.
Она поднялась в спальню. Домашний кардиган отправился в корзину. Из глубины шкафа появился строгий темно-синий брючный костюм, который не покидал вешалки несколько лет. Белая шелковая блузка, лаконичные туфли на невысоком каблуке. Волосы — в аккуратный пучок, легкий, но точный макияж. Из зеркала на нее смотрела собранная, уверенная женщина с холодным блеском в глазах — та самая, что когда-то рискнула всем ради спасения мужа.
В кабинете Олега она включила компьютер, открыла письмо от бухгалтера и распечатала все вложения. Затем достала из сейфа паспорт и оригиналы учредительных документов. Олег никогда не считал нужным их прятать — полагал, что в ее руках это всего лишь формальность.
Через сорок минут такси остановилось у нотариальной конторы в центре города. Пожилой, педантичный нотариус, много лет назад регистрировавший их компанию, удивленно поднял взгляд.
— Оксана Александровна? Какая неожиданность. Проходите. А где Олег Викторович?
— Сегодня я одна, Анатолий Степанович, — она аккуратно положила на стол папку с бумагами. — Мне необходимо оформить решение единственного учредителя о досрочном прекращении полномочий генерального директора. И я прошу вас удостоверить подлинность моей подписи на заявлении для внесения изменений в государственный реестр.
