— Ну что же ты, Тамара Сергеевна, опять на новых соседей наезжаешь? — поинтересовался Василий Иванович, поправляя очки на носу и заглядывая через забор на участок напротив. — Молодые, спокойные, работают, не пьют, не устраивают шум.
Даже костёр не разводят. — А зачем им шуметь? — ответила резко Тамара Сергеевна. — У них ведь всё есть. — Ну и прекрасно.
Нужно радоваться. — Радоваться? — она фыркнула, словно паровоз. — Посмотри, Василий Иванович, их газон — словно ковёр.
Ровный, зелёный, ни единой соринки.
Говорят, хозяйка его ни разу не косила. — И что с того?
Возможно, ей просто нравится, как он выглядит. — А мне не нравится, — повысила голос Тамара Сергеевна. — Это не газон, а показуха.
Будто бы говорят: «Смотрите, какие мы богатые и счастливые, у нас даже трава растёт идеально». Василий Иванович лишь покачал головой.
Он уже слышал эти жалобы.
Тамара Сергеевна жила в этом районе с 1985 года.
Дом её был старым, с покосившимся крыльцом, участок зарос бурьяном, но она считала себя хранительницей порядка, а всех, кто поступал иначе — нарушителями традиций.
А новые соседи — Алексей и Елена — действительно выделялись.
Они возвели дом из тёплого кирпича, с большими окнами и террасой, на которой по вечерам зажигали фонарики.
Посадили сад: яблони, вишни, кусты смородины.
Вокруг участка раскинулся газон.
Не просто трава, а настоящий английский газон, который орошался автоматически — через систему автополива с таймером.
Елена любила уют.
Она аккуратно сметала пыль с брусчатых дорожек, разводила розы, сушила лаванду в сарае.
Алексей — инженер по образованию, но работал в IT.
Несмотря на всегда чистые руки, на даче он сам возил землю, рылил траншеи, устанавливал камеры видеонаблюдения.
Молодые не хвастались своим имуществом, не кричали о богатстве и успехе.
Их желание было в тишине и комфорте.
Они просто жили, улыбались соседям и надеялись на взаимность.
Похоже, именно это и раздражало Тамару Сергеевну больше всего. — Они улыбаются, — говорила она. — Как будто жизнь им улыбнулась.
А кому она улыбнулась?
Мне?
Моей дочери, которая с двумя детьми в «хрущёвке» живёт?
Нет.
А им — да.
И они ещё на меня смотрят так, будто издеваются.
