Я управляю судами, ставлю капельницы и почти не сплю ночами.
Почему я должна покрывать расходы на ваш праздник?
Кстати, администратор появится здесь через пять минут.
Если не будет оплаты, нас выселят.
С участием полиции.
Договор оформлен на меня, но я намерена его расторгнуть из-за отсутствия средств.
Штраф заплачу я, а позор и ночёвка на морозе — это уже ваша проблема.
В дверь настойчиво постучали.
Это оказалась не администратор, а Ирина (она приехала поддержать подругу и сыграть роль «представителя администрации» для убедительности, хотя долг перед настоящим владельцем действительно имелся). — Добрый вечер.
Оплата или выселение? — сухо спросила Ирина, поправляя очки.
Началась суматоха.
Дмитрий, покрасневший, звонил кому-то в попытках срочно найти деньги.
Марина кричала, что «это подстава».
Свёкор молча достал «заначку», спрятанную в чехле телефона.
Наталья Ивановна, забыв про своё сердце, злостно перевела деньги с накопительного счёта, который, как выяснилось, у неё имелся.
Всего за пятнадцать минут нужная сумма была собрана.
Когда часы пробили полночь, атмосфера за столом стала ледяной.
Родственники сидели надутые, уткнувшись в тарелки.
Дмитрий нервно вертел пустой бокал.
А напротив, в тёплых шерстяных носках, подаренных тётей Тамарой, сидела Ольга.
Она ела пирожок с капустой и ощущала настоящее счастье.
Рядом расположилась тётя Тамара, впервые за вечер расправившая плечи. — Вкусные пирожки, тётя Тамара, — громко произнесла Ольга в тишине. — Настоящие.
Без всякой фальши.
Иван попытался что-то возразить, но, встретив взгляд жены, замолчал.
Он понял: прежняя безотказная Ольга исчезла.
Утром 1 января Ольга собрала свои вещи. — Я вызвала такси, — сообщила она мужу. — Мы с тётей Тамарой едем ко мне.
А вы отдыхайте, ведь всё оплачено. — Ольга, ты что, уходишь от меня? — испуганно спросил Иван. — Я ухожу от твоей родни и от твоей бесхарактерности, Иван.
Кредит за машину будешь платить сам.
Твою зарплатную карту, которая у меня лежала, я оставила на тумбочке.
Пин-код ты знаешь.
Посмотрим, на сколько её хватит без моего контроля.
Она вышла на крыльцо.
Морозный воздух обжигал лицо, но дышать было легко.
Тётя Тамара шла рядом, прижимая к груди сумку. — Ольгочка, неужели так можно было? — прошептала старушка, когда они сели в такси. — Они же теперь тебя разорвут.
— Не разорвут, тётя Тамара, — улыбнулась Ольга, глядя на пробегающие мимо сосны. — У них зубы сломаются.
А мы с вами сейчас приедем, заварим чай с чабрецом и будем смотреть старые комедии.
И никаких хамонов.
Машина набирала скорость, унося их прочь от «богатой жизни», за которую всегда приходится платить слишком высокую цену, если не умеешь вовремя сказать «нет».
