Её руки, покрытые пигментными пятнами и выпуклыми венами, задрожали.
Она суетливо стала засовывать пирожки обратно в пакет, опустив седую голову почти до плеч.
В уголках её глаз заблестели слёзы. — Прости, Марина… Я думала, к чаю… — тихо произнесла она. — К чаю у нас тирамису из кондитерской! — с насмешкой ответила Марина и, схватив тарелку с нарезанной Ольгой семгой, направилась в гостиную.
Ольга застыла на месте.
Внутри неё будто рванула тугая пружина.
Она подошла к старушке, бережно взяла её за руки и забрала пакет. — Тетя Тамара, — твёрдо сказала она. — Пирожки мы поставим в центр стола.
А носки я надену прямо сейчас.
Потому что у меня ноги холодные.
И помните: вы здесь гость.
Главный гость.
А посудомойка у нас — электрическая.
Она вывела ошарашенную старушку в гостиную и усадила её на лучшее место у камина.
Час икс наступил ровно в одиннадцать вечера.
Стол ломился от яств.
Дмитрий произносил третий тост «за процветание рода», намекая на свои (вымышленные) достижения.
Наталья Ивановна благосклонно кивала, ощущая себя королевой-матерью. — Ну, — громко заявил Дмитрий, — давайте выпьем за хозяев этого вечера!
За нас, за то, что мы можем себе это позволить! — Отличный тост, — громко произнесла Ольга, встав.
В руках у неё была папка.
В комнате повисла тишина.
Обычно Ольга молчала и подкладывала салаты. — Прежде чем мы продолжим, — она улыбнулась той самой профессиональной улыбкой медсестры перед уколом, — нужно уладить одну формальность.
Администратор коттеджа скоро придёт за финальным расчетом. — В смысле? — удивлённо спросил Иван. — Ты же всё оплатила! — Нет, дорогой.
Я внесла только предоплату.
Десять процентов.
За бронь. — Ольга раскрыла папку. — Основная сумма оплачивается при заезде.
Я просто попросила отсрочку до вечера, чтобы не портить вам настроение с дороги. — Сколько? — голос Натальи Ивановны потерял прежние тёплые оттенки. — Аренда коттеджа — 63 тысячи гривен.
Плюс кейтеринг, который заказывала Марина — 25 тысяч.
Алкоголь, который выбирал Дмитрий, но почему-то не купил, и мне пришлось докупать — 18 тысяч.
Итого, с учётом мелких расходов, — 115 тысяч гривен. — Ты с ума сошла?! — вскрикнула Марина. — У нас таких денег с собой нет! — Странно, — Ольга изобразила искреннее удивление. — Дмитрий полчаса рассказывал о закрытой сделке.
Марина, твоя сумка стоит как половина этого счёта.
А Наталья Ивановна говорила, что семья должна поддерживать друг друга. — Ольга, не дури! — прошипел Владимир Петрович. — Заплати, мы потом… — Нет, папа, — её перебила Ольга. — «Потом» не будет.
На карте у меня ровно ноль.
Все деньги ушли на предоплату и продукты.
Вот, кстати, индивидуальные счета.
Она разложила листочки. — Дмитрий и Марина — ваша часть 40 тысяч (вы же заказывали элитный алкоголь).
Наталья Ивановна и Владимир Петрович — 30 тысяч.
Иван — твоя доля 20.
А я свою и тёти Тамары внесла предоплатой. — Ты считаешь деньги для родной матери?! — вскрикнула свекровь, хватаясь за сердце (театрально, но неубедительно). — Я считаю деньги своего труда, Наталья Ивановна.
Я медсестра.
