— Не отступлю, — твёрдо сказала Елена.
— Вот и держись, — кивнула Ирина.
— Посмотрим, что он сегодня придумает.
После работы Елена специально завернула на рынок. Долго выбирала мясо, взяла добротный кусок говядины на косточке, прихватила пучок свежей зелени, свёклу, капусту, морковь, лук. Готовить она любила, а в тот вечер ей вдруг до боли захотелось сварить настоящий густой борщ — такой, чтобы запах разошёлся не только по квартире, но и по всему подъезду.
Дома её встретила привычная тишина. Из комнаты Артёма доносились выстрелы, рычание каких-то чудовищ и нервные щелчки мышки: он, как обычно, спасал виртуальные миры, не поднимаясь с дивана. Алина сидела у себя и сосредоточенно покрывала ногти лаком.
Елена переоделась, вымыла руки и занялась ужином. Скоро по кухне поплыл плотный, тёплый аромат мясного бульона. Она тонко нашинковала капусту, сделала зажарку, добавила чеснок, лавровый лист, зелень. Когда борщ был готов, выключила конфорку, накрыла кастрюлю чистым полотенцем и оставила настояться.
Запах сделал своё дело.
Первой на кухню, будто случайно, заглянула Алина. Не говоря ни слова, она открыла шкафчик, достала глубокие тарелки, зазвенела ложками. Почти сразу за ней появился Артём. Вид у него был торжествующий, на лице расползалась нахальная улыбочка.
— Елена Сергеевна, ну у вас сегодня борщик — просто высший класс, — протянул он с издёвкой.
— Правда?
— Да тут от одного запаха слюной захлебнуться можно.
Он устроился на своём обычном месте, будто за ним это место было закреплено навечно.
Елена осталась у дверного косяка, сложив руки на груди.
— Чек покажи.
Артём ухмыльнулся ещё шире. Сунул руку в карман домашних штанов и с показной важностью вытащил смятую бумажку. Потом бросил её на стол перед Еленой.
— Пожалуйста. Всё, как вы велели.
— Это что такое?
— Мой вклад в общее хозяйство. Проверяйте, не стесняйтесь.
Елена подошла к столу без спешки. Развернула чек, разгладила его пальцами и прищурилась, разбирая бледные строки термопечати.
— Сухарики со вкусом холодца, — прочитала она вслух.
Потом медленно подняла глаза на парня.
— Четырнадцать гривен. И пачка самой дешёвой жвачки по акции.
— Ну да, — невозмутимо ответил Артём.
— Ты сейчас серьёзно?
— А что вас не устраивает? — нагло спросил он и потянул к себе тарелку.
Алина уже успела снять полотенце с кастрюли и налить ему полную порцию — с густой заправкой и большим куском мяса.
— Вы же сами вчера сказали, — продолжил Артём.
— Что именно я сказала?
— Принести чек из продуктового. Я принёс. Про минимальную сумму разговора не было. Так что какие ко мне вопросы? Участие в бюджете принял.
Алина заметно сжалась на стуле. Она прекрасно поняла, что сейчас что-то случится. И не ошиблась.
В Елене будто оборвалась туго натянутая проволока. Слишком много лет она всё тащила одна. Поднимала дочь без чужой помощи. Отказывала себе в лишней паре обуви. Хваталась за любые подработки, чтобы Алина выучилась и не нуждалась. Каждый месяц закрывала платежи по ненавистной ипотеке.
И вот теперь на её кухне сидел этот самодовольный нахлебник. Рассуждал о правилах, строил из себя умника и издевался, прикрываясь жалкой бумажкой на шестнадцать гривен. Вчерашние разговоры про чеки в этот момент перестали иметь значение. От обиды и злости у Елены внутри сорвало все тормоза.
— Ты храбрый такой или просто бессмертный? — тихо спросила она.
Она шагнула к столу. Одним резким движением схватила его тарелку и развернулась к мойке.
— Эй! Вы что делаете?! — взревел Артём, вскакивая.
Густой, наваристый борщ с куском говядины полетел прямо в мусорное ведро. С тяжёлым мокрым хлюпаньем. Пустую тарелку Елена поставила в раковину так резко, что та звякнула о металл.
— Мама! — вскрикнула Алина и схватилась за голову. — Ты что, совсем?! Там же мясо было!
— Твой вклад, Артёмчик, ровно на четырнадцать гривен, — Елена повернулась к нему лицом. — Вот и иди к себе. Грызи свои сухарики.
— Вы ненормальная!
— А моя работа, мои продукты и моё терпение стоят намного дороже.
Артём налился багровым цветом. Он тяжело задышал, стиснул зубы, глаза превратились в узкие злые щёлки.
— Да вы совсем больная! — заклокотал он.