Бабушка сделала несколько медленных глотков, будто вместе с водой пыталась проглотить страх и решиться наконец произнести то, что годами держала внутри. Алина не отводила от неё глаз, а вопросы один за другим рвались наружу.
— Потому что иногда правда оказывается страшнее любой выдуманной лжи, — глухо сказала бабушка, допив воду до дна. — Я больше не могу это носить в себе.
— Всё, хватит туманить, — резко перебила Алина. — Говори прямо. И только попробуй снова что-нибудь скрыть.
Старуха вытащила из кармана халата мятый носовой платок, промокнула глаза, потом шумно высморкалась. Алину уже начинало трясти от нетерпения.
— Моя дочь… твоя мама… — бабушка осеклась, словно слова застряли у неё в горле. — Она сама отказалась от тебя. Ей тогда было всего восемнадцать. На год меньше, чем тебе сейчас. Ты очень на неё похожа… Марина как раз поступила в институт.
Она ещё со школы дружила с Артёмом. На первый взгляд — воспитанный, красивый, обходительный парень. Отец у него был человеком непростым, при должности, с большими связями. Я Марине не раз говорила, что этот мальчик ей не пара, но разве в таком возрасте слушают матерей? — бабушка горько качнула головой.
— Однажды я вернулась с работы и услышала, как они с Артёмом спорят у неё в комнате. Специально я не подслушивала, но говорили они так громко, что отдельные фразы всё равно доносились. Артём о чём-то её упрашивал, буквально давил на жалость, просил выручить. А Марина отказывалась.
Лишь потом она призналась мне, в чём было дело. Артём занял у кого-то очень крупную сумму. Его отец платить за него отказался, заявил, что сначала нужно научиться зарабатывать, а уже потом брать чужие деньги. Тот человек начал требовать долг обратно, а у Артёма не было ни копейки.
И тогда этот кредитор предложил чудовищную сделку: он забудет о долге, если Артём приведёт к нему Марину на один вечер. Будто бы ничего особенного — просто кино, прогулка, посидеть рядом. Марина ему понравилась.
— Если бы я тогда хоть что-то заподозрила, я бы её из дома не выпустила, — голос бабушки сорвался. — А я решила, что она идёт в кино с самим Артёмом. Никакого дурного предчувствия не было. Совсем. Но когда она вернулась… в каком виде… я думала, сердце остановится.
Сначала я решила, что это Артём с ней такое сделал. Уже собиралась бежать к нему, устроить скандал, но Марина только повторяла, что это был не он. А кто именно — молчала.
В полиции мне почти прямо сказали, что заявление подавать бесполезно. Мол, того человека всё равно не найдут, да и искать толком не станут. Раз девушка пошла сама, значит, начнут спрашивать, зачем пошла, как была одета, не дала ли повод. Бабушка тяжело выдохнула.
— Я представила, что начнётся потом. Допросы, пересуды, грязные разговоры. Как будут смаковать её имя, показывать пальцами, шептаться за спиной. А Марина у меня была тихая, застенчивая… Я испугалась, что она этого просто не выдержит. И заявление мы так и не подали.
А родителей Артёма, видно, тоже устраивало, чтобы всё поскорее забыли: его почти сразу увезли из города, а затем отправили учиться в Европу.