Мне пятьдесят два. Я — главный бухгалтер в большой строительной компании: под моим началом целый отдел, через мои руки проходят балансы на огромные суммы, а с налоговой я разговариваю так, что инспекторы обычно предпочитают не затевать лишних споров. Моё рабочее время стоит недёшево, да и личное — тоже. Но для Оксаны я, как оказалось, была чем-то вроде бесплатной рабочей силы, которую можно без спроса приставить к самой грязной кухонной повинности, просто бросив перед ней отрез дешёвой синтетики.
Дома Дмитрий помог мне снять пальто, поставил передо мной бокал красного вина, а сам, тяжело вздохнув, взял телефон. Муж у меня человек обстоятельный: если уж он сказал, что его жена не будет стоять у плиты, значит, обязан повторить это так, чтобы даже самые упрямые родственники не смогли сделать вид, будто не поняли.
— Оксана? — произнёс он, сразу включив громкую связь. — Звоню ещё раз, чтобы окончательно прояснить. В субботу Марина придёт на праздник. В красивом платье, с причёской, как гостья. Салаты она шинковать не будет, к кастрюлям и сковородкам не подойдёт. Я достаточно ясно говорю? Постарайся услышать меня сейчас, а не потом.
В ответ из телефона донёсся снисходительный смешок его сестры.
— Димочка, ну перестань устраивать спектакль. Продукты уже заказаны. Завтра привезут отличное охлаждённое мясо, дорогую рыбу, овощи — всё самое лучшее. Марина увидит, сколько всего куплено, и у неё совести не хватит бросить маму одну с этим хозяйством. Ладно, мне некогда!
Гудки прозвучали почти сразу. Дмитрий виновато посмотрел на меня и развёл руками.
— Они не воспринимают это всерьёз. В самом деле уверены, что ты появишься и молча встанешь у плиты.
— Значит, тем неприятнее будет их открытие, — спокойно ответила я и отпила вина. Раздражение наконец начало отпускать. — Знаешь, любимый, я ведь давно присматривалась к тому тёмно-синему бархатному платью в бутике на проспекте. Пожалуй, юбилей твоей мамы — отличный повод его купить.
Два следующих дня прошли у нас вполне обычно. На работе меня накрыл квартальный отчёт, я задерживалась почти до ночи, сводила цифры, проверяла документы и закрывала хвосты. Оксана за это время пару раз прислала сообщения с фотографиями: на одной красовались новые льняные салфетки, на другой — целый ряд бутылок шампанского. При этом ни разу она не спросила, как там моя «подготовка» к банкету и когда я собираюсь приступить к их грандиозному меню. Они просто играли в глупую игру на выдержку, будучи совершенно уверенными, что я, как «нормальная женщина», испугаюсь чужих разговоров и уступлю.
В пятницу вечером, когда отчёт наконец был закрыт, я поехала в салон красоты. Обновила оттенок волос, сделала уходовый маникюр. Лак выбрала глубокий, винный, яркий — такой, с которым чистить картошку было бы почти преступлением против здравого смысла. А укладку заранее записала на субботу, на одиннадцать утра, чтобы всё было без суеты.
Вернувшись домой, я застала Дмитрия в гостиной. Он окинул меня взглядом и довольно улыбнулся.
— К завтрашнему дню готова? — спросил он.
— Полностью, — кивнула я. — А вот они, боюсь, нет.
Дмитрий снова взял телефон и набрал номер Оксаны.
— Оксана, привет. Звоню в последний раз, — сказал он ровным, почти деловым тоном. — Завтра мы будем у вас к двум. Как я уже говорил, Марина готовить не будет. Надеюсь, вы решили вопрос с едой?
На другом конце повисла короткая, но очень выразительная пауза. Потом послышался возмущённый вздох.
— Дима, вы там что, издеваетесь надо мной? У нас холодильник забит продуктами! Хватит меня пугать. Марина завтра приедет к десяти и всё сделает. Я маме обещала шикарный стол. Всё, больше не звони, у меня уже голова болит от ваших капризов!
И она, не дожидаясь ответа, сбросила вызов.
Субботним утром нас разбудил настойчивый звонок моего телефона. На экране высветилось имя Оксаны. Часы показывали ровно десять. Наступил тот самый момент, на который они так рассчитывали.
Я молча перевернула телефон экраном вниз. Через несколько секунд звонок повторился. Поняв, что до меня не достучаться, золовка переключилась на Дмитрия.
— Да? — сонным голосом ответил муж.
— Вы где?! — почти визжала Оксана. — Уже десять! Гости будут к двум! Мясо даже не замариновано! Яйца не сварены! Овощи лежат немытые!
— Мы дома, Оксана. Спим. Приедем к двум, как и говорили. Я тебя предупреждал, — спокойно произнёс Дмитрий, отключил звонок и поставил оба телефона на беззвучный режим.
После этого мы без спешки позавтракали. В одиннадцать я уехала в салон на укладку, а ближе к часу мы начали собираться.
Я надела то самое новое платье из тёмно-синего бархата. На шею — тонкую золотую цепочку, на ноги — изящные лодочки. Последним штрихом стал лёгкий шлейф дорогого парфюма. Дмитрий выбрал светлую рубашку и пиджак. Мы взяли заранее купленный подарок — красивую напольную вазу — и вызвали такси.
Позже я узнала, что Оксана до последней минуты убеждала мать: я просто треплю им нервы и непременно появлюсь с извинениями.