— Белок им требуется ежедневно. А твои мальчишки и так крепкие, деревенская жизнь их вырастила, им и пирога с головой хватит. Не к чему переводить дорогие продукты.
— Мои дети вам такие же внуки, как и сыновья Натальи, — Екатерина говорила негромко, однако каждое слово звучало твердо, будто ударяло по столу. — Андрей — ваш родной сын. Или вы теперь делите внуков на «своих» и «чужих» в зависимости от того, кто их мать: дочь или невестка?
— Не начинай! — резко прошипела свекровь и тревожно покосилась в сторону неплотно закрытой двери в гостиную. — У тебя вечно из ничего целая буря. Наталья после развода одна двоих поднимает, ей помощь нужна. А у вас с Андреем всё есть, живёте не бедствуете. Могла бы сама привезти детям мясную нарезку, а не приходить с этим своим дешёвым пирогом из квашеной капусты!
Екатерина словно физически почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось. Ради этого пирога она поднялась ещё затемно: замесила пышное дрожжевое тесто на настоящем сливочном масле, долго томила капусту с белыми грибами, которые собственноручно собирала в сентябре и сушила на зиму. Именно этот пирог Валентина Сергеевна сама просила испечь неделю назад, ласково тянула в трубку: «Катенька, у тебя выпечка такая воздушная, обязательно сделай к празднику, родня будет ждать».
— Мам, правда, мы поедим пирога, не надо, — тихо сказал Матвей, осторожно тронув её за рукав.
В его взгляде было столько горькой, совсем не детской усталости, что у Екатерины на миг перехватило дыхание.
Как раз в эту секунду в кухню заглянул Андрей. В одной руке он держал штопор, в другой — пустую стеклянную бутылку из-под компота.
— Вы чего тут зависли? Дядя Виктор уже тост собирается говорить, все зовут за стол. Кать, захвати пюре.
Екатерина медленно посмотрела на мужа. Андрей был человеком добрым, трудолюбивым, не склонным к злости, но перед матерью терялся с юности. Любая ссора между женой и Валентиной Сергеевной для него превращалась в «женские разборки», которые удобнее было не замечать, лишь бы не рушить видимость семейного спокойствия.
— Андрей, твоя мама только что забрала у мальчиков тарелку и сказала, что буженина приготовлена исключительно для детей Натальи, — спокойно произнесла Екатерина. — А нашим, по её словам, достаточно капустного пирога, потому что они не совсем свои и будто бы чем-то хуже.
Андрей растерянно моргнул, переводя взгляд с жены на мать. Валентина Сергеевна тотчас всплеснула руками.
— Андрюша, ты только послушай, что она выдумывает! Я всего лишь попросила ребят подождать, пока все гости сядут за стол! Неприлично же таскать куски до общего тоста. А она сразу обиды раздула, каждое слово перевернула! Да разве я когда-нибудь твоих мальчиков обделяла?
— Вы ведь только что убрали блюдо с нарезкой в буфет, — тихо сказал Матвей.