Этой болью были дети. Вернее, то, что детей у них так и не появилось. Когда-то давно, после бесконечных анализов, консультаций и хождений по врачам, Екатерине сказали прямо: из-за состояния здоровья она не сможет родить. Окончательно. Без надежды на чудо. Для неё это прозвучало как приговор.
Она до сих пор помнила те дни, когда лежала, повернувшись лицом к стене, и не хотела ни вставать, ни разговаривать. Ей казалось, будто внутри неё выжжено всё живое, будто она неполноценная, сломанная, ненужная. Но Андрей не позволил ей провалиться в эту тьму окончательно. Он часами сидел рядом, сжимал её пальцы в своих ладонях и тихо повторял:
— У нас есть друг друга. И нам хватит этого, слышишь? Я люблю тебя, Екатерина. Тебя, а не возможность иметь детей.
Со временем они научились жить с этой утратой. Не забыли — нет. Просто спрятали боль глубоко, будто заперли тяжёлую дверь в той части души, куда лучше не заглядывать. И решили: раз уж судьба оставила их вдвоём, значит, они будут беречь друг друга.
Три года назад Андрей вернулся домой необычно оживлённый. Едва сняв куртку, он прошёл на кухню и заговорил так, словно давно вынашивал этот план.
— Катюш, я вот что подумал… Нам уже почти по пятьдесят. Ещё немного — и придётся всерьёз смотреть в сторону пенсии. Помнишь участок, который мне от родителей достался? Там ведь красиво: природа, озеро неподалёку. Давай уберём эту старую развалину и построим хороший крепкий дом. Будем жить за городом, воздухом дышать. А квартиру в городе сдадим — будет прибавка.
Екатерина неожиданно для самой себя загорелась. Вечерами они раскладывали на столе наброски, спорили, где должна быть кухня, какой сделать лестницу, сколько окон оставить в гостиной. Дом задумали двухэтажный, с большим каменным камином и широкой террасой.
— Поставим там кресла-качалки, — мечтательно говорила Екатерина. — И заведём двух собак. Огромных, пушистых.
Андрей смеялся, притягивал её к себе и целовал в волосы.
Стройка велась на общие семейные сбережения. Дело продвигалось не быстро, зато основательно. Все хлопоты Андрей взял на себя: договаривался с рабочими, выбирал материалы, следил за сроками. Екатерина приезжала туда всего несколько раз, да и то в самом начале, когда только заливали фундамент. С соседями она не знакомилась, особой причины ездить на участок у неё не было. Мужу она доверяла полностью. Каждый вечер он показывал ей снимки и короткие видео: вот поднялись стены, вот накрывают крышу, вот уже почти готова баня.
К юбилею Андрея дом был фактически достроен. Не хватало только мебели, но они вместе решили не торопиться с такой крупной покупкой и перенести её на лето, чтобы немного пополнить семейный бюджет.
Именно тогда Екатерине пришла в голову мысль о подарке. Андрей великолепно готовил мясо и овощи на огне, поэтому она заказала дорогой уличный гриль-мангал — именно такой, о каком он давно мечтал. План был простым и, как ей казалось, безупречным: тайно установить подарок на участке, а в выходные, в день рождения, привезти мужа за город и торжественно показать сюрприз. Она заранее понимала, что Андрей от поездки не откажется. Для доставки Екатерина специально выбрала будний день, осторожно выяснив у него, где он будет и какие у него планы по работе.
Сюрприз действительно получился. Только предназначался он, как оказалось, вовсе не Андрею.
В их городской квартире стояла такая тишина, что она будто звенела в ушах. Екатерина сидела в гостиной на диване, даже не сняв пальто. Внутри было пусто. Сознание словно отказалось принимать увиденное и услышанное, будто поставило защитную стену между ней и реальностью. В висках упрямо билась мысль, от которой становилось холодно.