Тамара поправила бретельку своего изумрудного платья перед зеркалом, внимательно изучила отражение и осталась удовлетворена увиденным.
Сорок лет.
Для многих это пугающая цифра, а для Тамары она символизировала свободу, финансовую независимость и, наконец, умение уверенно говорить «нет». — Тамара, такси уже на месте, — Алексей, её муж, выглянул из прихожей.
Он с явным восхищением смотрел на супругу. — Сегодня ты просто потрясающая.
Точно не хочешь пригласить кого-нибудь? — Алексей, мы это уже обсуждали, — Тамара взяла клатч. — Никаких гостей.
Никакой готовки.
Никаких «порежь салат» и «где мои тапочки».
Только ты, я, дорогой ресторан и тишина.
Я хочу насладиться стейком, не выслушивая советов твоей мамы о том, как правильно жевать.
Алексей рассмеялся.
Он прекрасно понимал, что отношения Тамары и Нины Петровны напоминали холодную войну, где периоды молчания сменялись шквалом непрошеных рекомендаций. — Понял.
Сегодня твои правила.
Ресторан «Каштан» был выбран не случайно.
Это было роскошное, чрезмерно дорогое заведение с лепниной, бархатными шторами и прайсом, вызывающим нервный тик у обычного человека.
Именно то место, где можно почувствовать себя королевой вечера.
Они вошли в зал, предвкушая уютный столик у окна.
Администратор, улыбаясь во весь рот, повел их глубже в зал.
Но не к окну. — Ваш столик готов, — пропел он, указывая на центр зала.
Тамара застыла.
Вместо уединенного столика на двоих посреди зала стоял богатый «аэродром» на двенадцать человек.
И он был занят.
Во главе стола, словно изгнанная императрица, восседала Нина Петровна в люрексе.
Рядом, жадно черпая икру ложкой прямо в рот, сидел дядя Игорь — дальний родственник, которого Тамара видела раз в пять лет.
С другой стороны золовка Ольга вытирала салфеткой рот младшему, а старший семилетний шалун уже ковырял вилкой обивку антикварного стула. — Сюрпри-и-из! — пронзительно выкрикнула Нина Петровна, заметив застывших супругов.
Её голос был натренирован годами работы в паспортном столе.
Весь ресторан повернул головы.
Алексей побледнел и бросил взгляд на жену.
Тамара молчала, но в её глазах вспыхнул тот самый недобрый огонёк, который обычно предвещал, что кому-то сейчас будет очень не по себе.
Морально. — Мама? — с трудом произнёс Алексей. — Что вы здесь делаете? — Как что? — свекровь распахнула руки, чуть не опрокинув бокал с вином. — У любимой невестки юбилей!
Неужели ты думал, что мы оставим бедную девочку одну в такой день?
Мы же семья!
Проходите, садитесь!
Мы уже немного начали, пока вас ждали.
Тамара медленно приблизилась к столу.
Он ломился от еды.
Осетрина, мясные деликатесы, множество бутылок дорогого коньяка, устрицы, на которые дядя Игорь смотрел с подозрением, но с жадностью поглощал. — Нина Петровна, — голос Тамары прозвучал ровно, словно кардиограмма умершего. — Мы бронировали столик на двоих. — Ой, не будь такой строгой! — отмахнулась Ольга, наливая вино. — Мама позвонила администратору и сказала, что заказчик ошибся, гостей будет больше.
