Сергей бросил в общий семейный чат сообщение: «Ну что, дачники, поздравляю! Скоро приедем проверять». Ольга перечитала строку, опустила телефон на стол и ещё долго молча смотрела в стекло.
Когда Дмитрий вернулся из кухни, она даже не повернулась.
— Ты всё-таки сказал, — тихо произнесла она.
— Он сам начал спрашивать, — попытался оправдаться Дмитрий. — Я же не мог обманывать брата.
— Я и не просила тебя обманывать. Я просила просто не говорить.
— Ольга, ну это же свои.
На этом она разговор оборвала. Смысла продолжать не видела.
Первый раз Сергей приехал на дачу в майские выходные. Накануне он позвонил Дмитрию так, будто речь шла о месте, куда его давно ждали:
— Димка, мы завтра с Натальей к вам заедем. Погода — огонь, мясо пожарим, посидим нормально.
Дмитрий пересказал это жене с выражением лица человека, который вроде бы не виноват, но уже понимает, что приятного мало.
— Ладно, — только и ответила Ольга.
Она сама занялась столом, сама подготовила мясо, сама продумала, чем кормить гостей. Сергей привёз упаковку пива — и почти всю её выпил сам. Наталья появилась с тортом, который они с Сергеем потом в основном вдвоём и доели. Уехали они ближе к десяти вечера — весёлые, сытые, полностью довольные проведённым днём.
— Отлично отдохнули! — крикнул Сергей уже из машины.
Ольга домывала тарелки, когда за окном давно стемнело. Вода была тёплой, пальцы устали, в траве стрекотали кузнечики. Она не злилась. Злость была бы слишком прямой и слишком простой реакцией. Скорее она мысленно сводила баланс, как человек, который заметил в отчёте несостыковку и теперь проверяет цифры повторно, надеясь, что ошибся. Но ошибка не находилась.
— Тебе помочь? — заглянул Дмитрий.
— Иди уже отдыхай, — сказала она, не оборачиваясь.
В июне история повторилась, только масштаб стал больше. Сергей приехал снова, уже с Натальей и ещё одной парой, которую Ольга помнила разве что по его свадьбе. С собой они привезли арбуз, который с торжественным видом разрезали на десерт, и большой пакет чипсов. Всё остальное снова легло на Ольгу: кухня, плита, мангал, тарелки, салаты, горячее.
В тот день она особенно ясно заметила, как Сергей держится на участке. Не как гость — как человек, который имеет здесь полное право распоряжаться. Он водил знакомых по двору, показывал яблони, колодец, домик, говорил: «у нас тут», «мы сюда выбираемся», «наша дача». Дмитрий стоял рядом и ничего не поправлял. Наталья спросила, можно ли сорвать укропа с грядки, и, получив согласие, нарвала не к столу, а с запасом — в пакет, чтобы увезти домой.
К вечеру на столе остались горы недоеденного, а в мусорном ведре звенели жестяные банки от консервов из кладовки. Ольга точно знала, что эти запасы она откладывала для себя и Дмитрия, но кто-то открыл их без спроса, словно так и должно быть. Гости уехали в прекрасном настроении. На прощание Сергей по-хозяйски приобнял Ольгу за плечи и сказал:
— Молодец ты, Ольга, всё вкусно сделала.
Она улыбнулась — ровно настолько, насколько требовала вежливость.
Поздно вечером, когда они наконец остались одни, Дмитрий спросил:
— Ты чего сегодня такая зажатая?
— Я не зажатая, — спокойно ответила она. — Я считаю.
— Что именно?
— Сколько за это лето мы уже потратили на людей, которые приезжают к нам отдыхать. И сколько эти люди привезли для нас.
— Да это же Сергей, — сказал Дмитрий таким тоном, будто одна эта фраза должна была закрыть тему.
— Я помню, что это Сергей.
— Ну вот. Брат всё-таки.
Ольга посмотрела на мужа без раздражения. В её взгляде было другое — тихая собранность, которая появлялась у неё всякий раз перед решением, после которого назад уже не возвращаются.
— Дмитрий, ты не забыл, что мы взяли кредит?
— Ну…
— И каждый месяц его выплачиваем?
— Да, но…
— Тогда, может быть, когда-нибудь ты объяснишь это брату?
Дмитрий промолчал. И Ольга сразу поняла: не объяснит. Не потому, что не видит её правоты. Видит. Просто между ним и Сергеем существовало какое-то давнее, негласное правило, по которому старший брат имел право на большее, а спорить с этим было не принято. Дмитрий с юности чувствовал себя рядом с Сергеем немного в долгу: тот всегда был заметнее, смелее, первым попадал в компании, первым осваивал велосипед, первым научил его играть в карты, первым взял с собой на взрослую вечеринку. Они давно выросли, но та старая расстановка будто никуда не исчезла.
Ольга это понимала всё отчётливее. И ждать, что Дмитрий сам начнёт с братом неприятный разговор, означало ждать бесконечно. Дело было не в трусости Дмитрия.