Только факты: «Кардиган, выполненный вручную.
Итальянский меринос с добавлением шёлка.
Пуговицы изготовлены из карельского можжевельника.
Размер S-M.
Эксклюзивный экземпляр.
Повторения не будет.
Цена — 5000 гривен».
Палец замер над кнопкой «Опубликовать».
Страх овладел мной.
А вдруг никому это и не нужно?
Возможно, Анна была права, и всё это — никому неинтересный нафталин?
Я решилась и нажала кнопку.
Будь что будет.
Чтобы успокоить нервы, взяла из корзины начатый шарф — тот самый, что собиралась подарить зятю на Новый год.
Сняла петли с спицы.
Потянула за нить.
Пряжа податливо растеклась, превратившись в бесформенную кучку.
Распускать легче, чем вязать.
Но это лучше любых успокаивающих средств.
Сделка без лишних вопросов
Через сорок минут пришло сообщение.
Я даже вздрогнула от звука уведомления. «Добрый день.
Кардиган ещё в продаже?
Где можно забрать?» Ни намёка на торг.
Никаких «скиньте за 300», «подвезите к метро», «можно померить?».
Профиль покупательницы был закрыт, на аватарке — абстрактный морской пейзаж.
Звали женщину Ольга.
Мы договорились встретиться у торгового центра через час.
Я готовилась тщательно, словно на экзамен.
Надела брюки, сменила домашнюю кофту на аккуратную блузку, подкрасила губы.
Кардиган сложила аккуратно в крафтовый пакет, перевязала джутовой верёвкой.
Никаких шуршащих пакетов из магазинов.
Если уж продаёшь частичку души, то с уважением.
Ольга оказалась моей ровесницей, возможно, чуть моложе.
Высокая, стройная, в дорогом пальто цвета кэмел и стильных ботинках на массивной подошве.
Она не стала торопливо осматривать кардиган, не искала недостатков.
Просто взяла пакет, заглянула внутрь, глубоко вдохнула аромат и улыбнулась уголками глаз. — Натуральный можжевельник?
Редкость нынче.
Спасибо, что дождались.
Она сразу перевела деньги.
Телефон в кармане зазвонил.
Пять тысяч гривен.
Именно столько, сколько Анне не хватало на красоту.
Половина моей платы за коммуналку.
Или сумма на пять походов в магазин.
— Носите с удовольствием, — сказала я, ощущая необыкновенную лёгкость.
— Обязательно, — кивнула она.
— Знаете, сейчас кругом столько пластика.
Одноразовых вещей и пустых разговоров.
А это… — она бережно погладила пакет. — Это настоящее.
Это согревает.
Я шла домой пешком.
Ветер был пронизывающим, холод пробирал до костей, но мне было тепло.
В кармане грел телефон, а в душе — новое, незнакомое чувство свободы.
Я ещё не знала, что этот «сброс груза» был лишь репетицией перед настоящей бурей.
