Я промолчала. Просто расставляла перед ними тарелки с ужином и делала вид, что разговор меня не касается.
В конце концов, у Виктории имеется родная мать, есть бывший муж — вот пусть они и ломают голову, где раздобыть для деток «свежий воздух» и «зелёную травку».
А у нас с Андреем была своя, вполне конкретная задача: купить машину. Потому что ездить нам было попросту не на чем.
Правда, в последние недели Андрей стал какой-то нервный, дёрганый. Всё чаще у него вдруг возникали неотложные дела именно по выходным.
То приятелю срочно требовалась помощь — крышу в гараже перекрыть. То на работе якобы попросили съездить за город, посмотреть какой-то объект.
Домой он возвращался затемно: весь в пыли, вымотанный, будто вагоны разгружал. Только глаза у него при этом почему-то бегали, и смотрел он на меня как-то исподлобья.
Однажды вечером я решила пересчитать наши накопления. У нас был заведён порядок: основная часть денег хранилась на моём накопительном счёте.
А отдельная сумма — то, что Андрей подрабатывал на мелких заказах и выручал за старые автозапчасти, — лежала у него на карте.
Я сказала ему, что лучше бы перевести и эти деньги в общий запас. Пусть лежат вместе, проценты всё-таки начисляются.
Андрей сразу замялся.
— Марин, да пусть пока там остаются, — пробормотал он. — Я тут зимнюю резину присмотрел со скидкой, хочу взять заранее, пока цена нормальная. Ну и ещё кое-что по мелочи надо, запчасти там…
— Какие запчасти? — не поняла я. — Мы же новую машину собираемся покупать. Зачем вкладываться в старую?
— Ну… чтобы потом дороже продать, надо привести её в порядок, — буркнул он и тут же перескочил на другую тему.
И вот тогда меня неприятно кольнуло.
Знаете это чувство? Когда разум ещё пытается найти объяснение, а внутри уже звенит тревожный колокольчик.
Скандал я устраивать не стала. Расспросами тоже не давила. Просто начала внимательнее смотреть и слушать.
Через пару дней Андрей опять собрался «к другу помочь». Как только он ушёл, я спустилась во двор.
Наша старая машина стояла на своём месте. Муж уехал электричкой — сказал, что так быстрее и без пробок. Запасной комплект ключей был у меня.
Я открыла дверь, опустилась на водительское сиденье. В салоне тянуло застарелой пылью и нагретым пластиком. Первым делом я полезла в бардачок.
Если честно, я ожидала найти там либо спрятанные деньги, либо какие-нибудь чеки из строительных магазинов.
Под старыми полисами, квитанциями и мятыми засаленными салфетками лежал прозрачный файл, сложенный пополам. Я вытащила его и развернула.
На первой странице значилось: «Предварительный договор купли-продажи земельного участка».
Адрес: деревня Сосновка, сорок километров от города.
Покупатель: Виктория Сергеевна. Моя золовка.
А ниже, в строке «Плательщик задатка по поручению покупателя», было вписано: Андрей Игоревич. Мой муж.
Сумма задатка — триста пятьдесят тысяч рублей.
Те самые деньги, которые он якобы собирал с подработок. Те самые, из-за которых мы отказались от поездки к морю.
Из-за которых я донашивала стоптанные сапоги, экономила на себе и вечерами лепила котлеты, вместо того чтобы сходить в кино или хотя бы спокойно полежать с книгой.
Странно, но слёз не было.
Внутри словно разом отключили всё тепло. Осталась только холодная, почти стеклянная ясность.
Я спокойно сфотографировала каждую страницу договора, сложила файл так же, как он лежал, вернула его на место и закрыла бардачок.
На другой день я зашла к нашей общей с Викторией знакомой — маникюрше Свете. Формальный повод нашёлся простой: занести долг за крем.