Пятка больше не болела. — Стоять! — его крик прозвучал за спиной. — Если уйдёшь — уволю!
По статье выгоню!
Кому ты нужна, серая мышка?
Пропадёшь без моих денег под забором!
Я остановилась в дверях.
Обернулась.
Взглянула на Ольгу, которая уже выкладывала сторис с ключами.
На отца, чьё лицо покраснело от злости. — Не старайся.
Заявление об уходе будет у тебя утром.
Вместе с уведомлением о смене руководства.
На улице лил холодный дождь с ветром.
Я поспешила к машине, села за руль, и только тогда меня охватила паника.
Руки так дрожали, что я не могла вставить ключ в замок зажигания.
Десять лет.
Десять лет я отдала «Техно-Ресурсу».
Я знала каждый винтик, всех поставщиков, все серые схемы, которыми отец пользовался, чтобы уходить от налогов.
И вот итог. «На колготки».
Телефон в сумочке зазвонил.
Мама.
Мне не хотелось отвечать.
Слушать это бесконечное «потерпи», «он же отец», «он желает добра»… — Да, — резко ответила я.
— Нина, не уезжай, — голос мамы прозвучал необычно.
Не жалобно, а твёрдо.
Жёстко. — Жди меня на парковке.
Я сейчас выйду. — Мам, я не хочу… — Жди, сказала я! — оборвала она. — Разговор не о нём.
Разговор о бабушке.
Через пять минут мама села рядом со мной в машину.
Она была без пальто, лишь накинула шаль на вечернее платье.
В руках сжимала старую кожаную папку. — Поехали в офис, — приказала она. — В офис?
Ночью?
Мам, ты в своём уме? — Поехали.
Ключи у тебя есть.
Охрана пустит.
Там сейф.
Тот, старый, в архиве, о котором отец забыл.
Мы ехали молча.
Мама смотрела на дождь, и в профиль казалась мне незнакомой.
Куда пропала та застенчивая женщина, боявшаяся попросить денег на продукты?
В пустом офисе гудели сервера.
Мы прошли в архив — пыльную комнату, заваленную старыми накладными.
В углу стоял советский сейф.
Мама уверенно ввела код.
Внутри лежала одна единственная папка. — Ты знаешь, на чьи деньги отец открылся в девяносто пятом? — спросила она, сдувая пыль с обложки. — Он говорил, что взял кредит у серьёзных людей.
Рисковал всем. — Врал, — сухо ответила мама. — Кредиторы тогда чуть не уничтожили его из-за долгов по торговым точкам.
Деньги дала моя мама.
Твоя бабушка Галина.
Продала квартиру на Таганке и дачу.
Всё, что у неё было.
Я застыла.
Это меняло всё. — Но бабушка была умной.
Она презирала Стаса.
Она заставила его подписать документы.
Мама раскрыла папку.
Пожелтевшие страницы.
Уставной договор. — Смотри.
Тамара Сергеевна (до брака Смирнова) — 60% уставного капитала.
Игорь Викторович — 40%. — Мам… — я опустилась на пыльный стул. — И что?
Ты все эти годы владела контрольным пакетом и молчала?
Пока он унижал тебя? Пока он вытирал ноги об меня? Мама горько усмехнулась.
