Они, словно дети, начали играть, к ним присоединились другие.
Новый год праздновали на улице, бросаясь снежками, кувыркаясь в снегу и катаясь на санках.
Оксана, потягивая самогонку, стала строить глазки Алексею, но он не обращал на неё никакого внимания.
Наконец, когда часы давно пробили полночь, промокшая от снега и разгорячённая уличными играми, Татьяна собралась идти домой, и Алексей последовал за ней.
Увидев, что они уходят вместе, Оксана громко выкрикнула: — Ну и идите.
Не забудь, Танечка, угодить мужику, может, и пальтишко тебе дадут.
Женщины, стоявшие рядом, рассмеялись, а Татьяне стало очень больно.
Она понимала, что Оксана говорит это из злобы и зависти, но то, что смех подхватили другие, означало, что все так думают.
Зайдя в избу, она расплакалась. — Ну чего вы?
Да пустяки, пусть болтают сколько хотят.
Вы ведь знаете, что это неправда. — Неприятно… Откуда у людей столько злобы.
За что они со мной так? — Татьяна вытирала слёзы. — Татьяна, если хотите, я могу съехать.
Поживу на ферме в подсобке… Татьяна подняла на него глаза и вдруг попросила: — Поцелуйте меня, Алексей Сергеевич.
Пусть хоть что-то будет правдой… — Татьяна, вы сейчас просто расстроены… А завтра пожалеете. — Но неужели я вам совсем не нравлюсь? — Нравитесь, но… — Тогда я не вижу причин отказывать! — Татьяна встала и впилась в него губами.
В эту новогоднюю ночь они провели вместе в одной постели, а наутро, идя по селу, Татьяна уже не воспринимала так остро насмешки Оксаны, встретившей её у колодца. Пусть болтает, ей теперь всё равно… Она вновь ощутила себя счастливой и желанной.
Два месяца Татьяна жила словно в сказке, они с Алексеем ощущали себя одной семьёй.
В конце февраля, вернувшись от председателя, Алексей подошёл к Татьяне и усадил её напротив себя. — Татьяна, как ты смотришь на то, чтобы выйти за меня замуж? — Я?.. — она растерялась от его слов. — Ну а кто же…
Татьяна, я люблю тебя, и ты меня тоже, я это чувствую.
Поэтому не вижу причин отказывать. — Но я всё ещё замужем. — Твой муж пропал без вести в сорок третьем, скорее всего, его уже нет в живых.
Брак можно расторгнуть, председатель обещал помочь. — А так можно? — Если захотеть, можно всё.
Я займусь этим вместе с Николаем Матвеичем, а ты начинай шить свадебный наряд. — подмигнул он.
Татьяна бросилась ему на шею и стала страстно целовать.
Вдруг они услышали шаги во дворе. — Кого принесло? — спросил он, вставая и подходя к двери.
Она открыла — и сердце сжалось, из груди вырвался крик — на пороге стоял Сергей… — Серёга… Ты…
Ты живой. — Ну здравствуй, жена. — Он раскинул руки, но она стояла у стола, не решаясь подойти. — И что, не обнимешь при встрече?
Медленно она подошла и осторожно обняла его.
Сергей посмотрел на Алексея и усмехнулся. — Вижу, не очень ты рада меня видеть?
А я уже не хозяин в этом доме?
Алексей, прислонившись к стене, понимал, что все надежды на счастливую жизнь с любимой тают, как снег за окном.
Через полчаса они сидели за столом, и Сергей рассказывал, где пропадал четыре года. — В плен взяли, я сбежал по дороге в Польшу.
Хотел вернуться, но меня уже считали пропавшим без вести, а когда узнали, кто я, приписали дезертирство.
Сидел в лагере четыре года, хотя срок был шесть.
Выпустили по амнистии. — Почему не писал?
И я, и родители думали, что тебя нет.
Ты был у матери? — Зашёл, конечно, в первую очередь.
Думал, что ты там живёшь…
Но узнал, что у тебя новый хахаль, ученый… А писать нельзя было.
Там смертность высокая, не думал, что доживу.
Не хотел, чтобы вы меня ещё раз хоронили. — Мы не хоронили тебя.
Мы ждали. — Я вижу, как ты ждала.
Помнишь слова: «Я буду ждать и верить»? — усмехнулся он и выпил залпом стакан. — Серёга…
Я ждала тебя.
Все это знают.
До прошлого года ни на одного мужчину не смотрела.
Потом председатель подселил ко мне Алексея.
И я влюбилась в него, понимаешь? — Татьяна решила быть честной с мужем.
В конце концов, это жизнь… — Ты ушёл шесть лет назад, всю войну я тебя ждала, плакала, когда получила извещение.
Весь позапрошлый год сидела у окна, слушала каждый шорох, но ты не приходил… Алексей приехал только летом, до Нового года был просто жильцом…
Серёга, прости меня… — И что теперь делать, а, жена? — Я не знаю, — Татьяна опустила голову и заплакала. — Я знаю! — Сергей стукнул кулаком по столу. — Значит так, агроном, собирай вещи и уходи из моего дома.
А ты, Танечка, моя жена, останешься здесь.
Мне будет трудно, но я постараюсь забыть то, что услышал.
В конце концов, ты права, много лет меня не было дома, а ты молодая женщина.
Жизнь нас обоих сильно потрепала.
И да, агроном, если ещё раз приблизишься к моей жене — убью!
Алексей собрал вещи и тихо сказал Татьяне, что пойдёт к председателю.
Он поселился у председателя, который понимал, что агроному нужно где-то жить, а свободных домов не было.
Он решил к весне собрать народ и построить избу для специалиста, за которого держался всей душой.
Всё село затаило дыхание в ожидании, что же случится дальше.
Татьяна сама не знала, как поступить.
Сергей не даст развода, и ей некуда идти.
И, честно говоря, муж её не обижал и не вспоминал о её связи с Алексеем.
Только в постели с мужем ей было плохо, потому что она любила совсем другого мужчину.
В середине марта Татьяна поняла, что беременна.
И ребёнок этот — не от мужа… — Я стану отцом? — спросил он, заметив её состояние. — Серёга, я беременна, ты прав. — Отец я?
