— Полин…
— И ещё вспомни прошлый год. Когда мне надо было зубы лечить, ты сказал: потерпи до осени, сейчас не вытянем. Не забыл?
— Не забыл.
— В итоге мне не лечили, а удалили два зуба. Потому что, видите ли, нам было тяжело.
Константин стоял у раковины, отвернувшись, будто рассматривал мокрую посуду.
— Я не думал, что со стороны это будет выглядеть именно так.
— А как, по-твоему, это должно выглядеть?
— Будто я что-то украл. — Он всё-таки обернулся. — Но я не крал. Я помогал сестре, у которой, кроме меня, никого нет. Ты на моём месте поступила бы так же.
— Я бы сначала сказала.
Наутро Полина сварила для матери овсянку, отнесла тарелку в комнату и помогла ей приподняться на подушках.
— Полиночка, что с тобой? Лица на тебе нет.
— Всё нормально, мам.
— Не морочь мне голову, я тебя сорок девять лет знаю. — Мать взяла ложку, но есть не спешила. — Скажи Константину, пусть пульт посмотрит. Кнопки совсем не нажимаются.
— Скажу.
После перелома мать почти не поднималась. До кухни она добиралась только с ходунками и обязательно останавливалась передохнуть. В поликлинику Полина возила её сама, а обратно они с соседом вдвоём заносили её в подъезд.
Днём позвонила Марина. Полина сидела в машине на парковке возле офиса и заранее понимала, что лучше бы трубку не брать.
— Полин, ну ты чего? Константин сказал, ты расстроилась.
— Он уже успел доложить?
— Он переживает, правда. Ты пойми, я одна. У меня Матвей — единственный родной человек. Мне и самой неловко, я ведь не просила. Это Константин решил.
— Марин, дело не в тебе.
— А в ком тогда?
— Марин, Матвей сессию закрыл?
На другом конце повисла пауза. Секунд на шесть, не меньше.
— А почему ты спрашиваешь?
— Просто хочу знать.
— Он сдаёт. Там пересдача, с преподавателем не заладилось, я в этих их правилах не разбираюсь.
— Марина.
— Ну не сдал! Не сдал, да! — голос у неё сразу сорвался вверх. — Но он же не бездельник. Он работал на шиномонтаже, мне помогал, из-за этого на пары не всегда попадал. Попробуй сам в двадцать один всё потянуть.
— А в прошлом году тоже преподаватель виноват был?
— Полин, ну зачем ты так со мной?
После разговора Полина ещё какое-то время сидела, держа телефон в руке. Потом открыла сайт университета. Нашла раздел с оплатой, скачала договор в PDF и стала искать нужный пункт. Он оказался примерно посередине: при отчислении по заявлению деньги возвращаются за неиспользованный период, за вычетом фактических расходов.
Заявление никто не подавал. Ни в первый раз, ни во второй.
Осенний семестр Матвей протянул до Нового года и исчез. Весенний бросил после третьей недели апреля.
Полина пересчитала всё заново. Выходило не пять оплаченных семестров, а три, которые хоть как-то дошли до зачёток, и ещё два, выброшенные в пустоту.
Семьдесят шесть тысяч гривен. Всего на восемь тысяч меньше, чем ей выплатили за целый год работы.
В субботу они поехали к свекрови. Раз в две недели — как по расписанию, это считалось обязательным. Валентина Павловна такие визиты не отменяла и пропусков не признавала. Полина купила торт, потому что с пустыми руками к ней не ходили, а Константин всю дорогу держал радио громче обычного.
Матвей приехал раньше. Во дворе у бабушки было пусто, никто не мешал ему поставить машину как вздумается.
Валентина Павловна разлила чай, успела рассказать про соседку с четвёртого этажа, у которой сын живёт в Киеве и каждый месяц присылает деньги, потом поставила чайник обратно и сложила руки на столе.
— Полина, Константин мне сказал, что тебе на работе хорошо выплатили.
— Выплатили.
— Ты молодец, у нас всегда трудолюбивая была. Так вот что я скажу, только не обижайся. Мальчику диплом нужен. Один раз без отпуска обойдёшься, ничего с тобой не случится.
Матвей как раз тянулся за третьим куском торта. На мгновение рука застыла, но потом он всё-таки положил кусок себе на тарелку.
— Валентина Павловна, этому мальчику двадцать один год.
— И что с того? В двадцать один они ещё все дети.
— Этот ребёнок бросил два семестра. Семьдесят шесть тысяч гривен ушли просто в никуда.
— Тёть Полин, там не всё так просто было, — вмешался Матвей.
— А как?
— Препод по маркетингу попался ненормальный. Сказал, что я плагиат сдал. А я просто источники не так оформил.
— А во второй раз что случилось?
— Во второй раз я болел.
— Три месяца подряд?
— Да не три. — Матвей помялся, ковырнул ложкой крем на тарелке и наконец поднял глаза на Полину.