С его сестрой.
С её детьми.
Одного. — Игорька, ну что ты застыл? — Лена потянула его за рукав. — Ешь скорее!
Максим хочет пиццу!
Начался настоящий кошмар.
Первый вечер прошёл в состоянии полной растерянности.
Игорь заказал пиццу, потратив на неё три тысячи гривен, за что тут же получил от матери выговор: «Транжира!
Матери родной на сухомятке сидеть заставляешь, а деньги на ветер бросаешь!
Где борщ?
Где котлеты?» Игорь не умел готовить борщ.
Он знал лишь, как его есть. — Мам, ну Оля же… — пытался он оправдаться. — Что Оля?! — вспылила Тамара Сергеевна. — Ты что, мужик или кто?
Не удержал женщину!
Она сбежала, хвостом махнула!
А нам теперь что, голодать?
Ночь прошла ещё веселее.
Лена с детьми заняла спальню («Детям нужен покой!»), Тамара Сергеевна захватила диван в гостиной, храпя так, что стены вибрировали.
Игорю выделили раскладушку на кухне, у которой сломалась ножка.
На второй день обнаружилось, что чистая посуда закончилась.
Посудомоечную машину никто не умел (или не желал) загружать, а в раковине выросла гора грязной посуды с засохшим жиром, словно Эверест.
Максим разрисовал фломастерами стены в коридоре.
Те самые, итальянские, что Оля выбирала месяцами. — Он же ребёнок, он так видит! — отмахнулась Лена, когда Игорь схватился за сердце. — Лучше бы за детьми следил, дядя называется.
К вечеру второго дня Игорь осознал, что отпуск жены был не капризом, а необходимостью.
Вернувшись с работы (отпроситься не получилось), он мечтал о тишине, но дома его ждал скандал. — Почему в холодильнике пусто?! — кричала мать. — Ты нас решил уморить?
Мы гости!
Гости! — Мама, у меня деньги закончились! — взвыл Игорь. — Я вчера всё на продукты потратил, а вы всё съели! — Ах, мы тебя объели?! — Тамара Сергеевна театрально схватилась за сердце. — Лена, ты слышишь?
Родной брат куском хлеба тыкает!
Вот оно, воспитание твоей Оли!
Подлая змея!
Игорь попытался дозвониться Оле. «Абонент временно недоступен или наслаждается жизнью», — мысленно дополнил он сообщение автоответчика.
На третий день случилось страшное.
Младший Ленин, оставленный без присмотра («Ну ты же дома, Игорь, присмотри!»), опрокинул на ноутбук Игоря кружку с сладким чаем.
Ноутбук зашипел и погас.
С ним улетели надежды Игоря на годовую премию, отчёт по которой хранился на жёстком диске.
Это стало последней каплей.
Игорь, всегда мягкий и уступчивый перед матерью, внезапно превратился в берсерка. — Вон!!! — закричал он так, что у соседей, наверное, посыпалась штукатурка. — Вон отсюда!
Все!
Немедленно! — Ты что, сынок? — удивилась Тамара Сергеевна. — Я сказал — собирайтесь! — дрожащими руками схватил Игорь их сумки и бросал у порога. — Поезд через три часа!
Я сам куплю билеты, только уезжайте!
Чтоб духу вашего здесь не было! «Гости»!
Паразиты, а не гости! — Прокляну! — визжала мать, натягивая сапоги. — Ноги моей здесь не будет! — Слава богу! — заорал Игорь, выталкивая Лену с лыжами в подъезд.
Когда дверь за ними захлопнулась, Игорь опустился на грязный, липкий пол.
В квартире пахло валерьянкой и катастрофой.
Наступила тишина.
