У самых моих ворот надсадно загудел дизель, будто кто-то нарочно решил взорвать утреннюю тишину. Я вышла на крыльцо и увидела вытянутый грузовой фургон, а рядом — Тамару в ярком спортивном костюме и темных очках, словно она приехала не скандал устраивать, а на курорт.
Водитель уже распахивал задние створки кузова. Внутри громоздились какие-то баулы, картонные ящики и старый лакированный комод, переживший, кажется, не одно десятилетие.
— Отворяй ворота, хозяйка! Принимай жильца! — во весь голос выкрикнула сватья, размахивая связкой ключей. — Ребятам платить надо, у них следующий заказ горит!
Я спокойно спустилась к кованой калитке, но засов даже не тронула. Тяжелый замок висел на месте.
— Разворачивай фургон, Тамара. Вчера по телефону я сказала тебе все предельно ясно.
— Ты совсем с ума сошла на старости лет? — взвилась она. — Ключи от городской квартиры у меня уже забрали, деньги ушли на закрытие кредита, ехать мне больше некуда!
— Это твои денежные проблемы. Ко мне они не имеют никакого отношения.
— Ах вот как? Да ты бессердечная городская эгоистка! Я мать твоего зятя! У нас теперь одна семья, внуки будут общие, а ты меня под забором оставляешь?
Шофер стоял в стороне и мялся, явно понимая, что попал в самую середину чужой семейной войны.
— Женщина, мне вещи выгружать или нет? — неуверенно спросил он. — За простой машины идет отдельная оплата, час ожидания по двойному тарифу.
— Подожди, милок! — завизжала Тамара, вцепившись пальцами в прутья ограды. — Сейчас эта ведьма одумается и пустит родню в дом. Денется она от нас куда?
Я перевела взгляд на водителя.
— Разворачивайте машину и увозите эту гражданку туда, откуда привезли. Территория частная, въезд закрыт.
— Ольга, ты еще пожалеешь! — заорала Тамара. — Я сейчас Денису позвоню! Он приедет и разнесет твой забор по щепкам ради родной матери!
— Пусть попробует, — ответила я ровно. — За повреждение чужого имущества и незаконное проникновение ответственность никто не отменял.
После этого я повернулась к ним спиной и неторопливо пошла обратно в дом. Для убедительности громко щелкнула замком входной двери.
С улицы еще минут сорок доносились проклятия, угрозы и требования немедленно пустить пожилого человека хотя бы воды попить. Потом мотор снова рыкнул, шины заскрипели по гравию, и поселок вновь провалился в ту самую сосновую тишину, которую так грубо нарушили утром.
Но покой оказался недолгим. Спустя пару часов к калитке на огромной скорости подлетел серебристый седан Дениса. Он выскочил из машины и так хлопнул дверцей, что у меня на террасе дрогнули стекла. Следом выбралась бледная Юлия и мелкими торопливыми шагами пошла за мужем.
— Ольга Павловна, вы вообще понимаете, что натворили? — закричал Денис, навалившись грудью на калитку. — Моя мать сидит на автовокзале среди сумок, у нее давление подскочило!
Я вышла на террасу уже со смартфоном в руке. Камера была включена и спокойно фиксировала каждое их движение.
— Денис, отойди от калитки и перестань дергать чужие замки. Иначе дальше будем разговаривать уже при наряде полиции.
— Какая еще полиция? Вы в своем уме? Вы выставили мою мать за ворота, унизили ее перед посторонними людьми, еще и заставили платить за простой машины!
— Твоя мать попыталась решить свои материальные трудности за мой счет, — холодно ответила я.