Среди приехавших оказалась и родная сестра Тамары — Лариса из райцентра, женщина громкая и любопытная, вместе со своим не менее шумным мужем. За ними подтянулись трое уже взрослых племянников с супругами, а также какая-то дальняя родня, лица которой Валерия смутно помнила разве что по детским семейным застольям.
— Проходите, мои дорогие, не жмитесь у дверей, садитесь поближе к середине! — голос Тамары разносился по залу так звонко, что перекрывал мягкую музыку из колонок. — Сегодня отдыхаем широко, без всяких ограничений. Берите мясную тарелку, не стесняйтесь, там, между прочим, настоящая сыровяленая оленина!
Тетя Лариса, полная женщина с пестрым платком, накинутым на плечи, рассматривала украшенный зал почти с благоговением. Ее взгляд задерживался то на тяжелых фарфоровых блюдах с красной рыбой, то на аккуратных тостах с черной икрой.
— Ох, сестра, да ты теперь прямо госпожа, — протянула она, не скрывая завистливого восхищения, и поправила волосы перед зеркалом на стене. — Сколько же за такую красоту отдать надо? Один этот стол, наверное, как годовой бюджет нашего поселка стоит.
Тамара довольно приподняла подбородок, медленно оглядела притихших родственников и произнесла так громко, чтобы ее услышали даже официанты возле сервировочного столика:
— Банкет оплачивает мой зять! Он у нас человек щедрый, предприниматель, для любимой тещи ничего не пожалеет. Так что ешьте, пейте, мои родные, от души, ни в чем себе сегодня не отказывайте!
По залу прокатился одобрительный гул. Мужчины мгновенно оживились и потянулись к графинам с дорогим выдержанным коньяком. Племянник Антон тут же подозвал молодого официанта в белом фартуке и, даже не заглянув в барную карту, велел принести еще две бутылки точно такого же напитка.
Андрей и Валерия появились примерно через полчаса после того, как собрались остальные. Валерия заметно нервничала: ладони у нее стали ледяными, хотя теплое шерстяное пальто она только что оставила в гардеробе. Одета она была сдержанно — простое строгое платье, без броских украшений и лишнего блеска. Андрей, напротив, держался совершенно спокойно. Темно-серый аккуратный джемпер, идеально выглаженные брюки и внимательный, собранный взгляд человека, который привык не терять контроля даже в непростых обстоятельствах.
— А вот и наши кормильцы явились! — всплеснула руками Тамара, едва заметив дочь с зятем у входа. — Идите сюда, во главу стола! Садитесь возле меня, мы без вас даже тосты толком не начинали!
Андрей подошел к имениннице, протянул ей изящный букет чайных роз и белую аккуратную коробку. Внутри был чайный сервиз из тонкого фарфора — именно такой, о каком Тамара когда-то между делом обмолвилась в разговоре.
— С праздником, мама. Здоровья вам и долгих лет, — сказал он ровным, вежливым тоном и слегка кивнул в ответ на восторженные возгласы собравшихся.
— Спасибо, зятек, уважил старуху! — Тамара мельком посмотрела на коробку, тут же передала ее Ларисе и развернулась к официанту. — Подавайте горячее. Только смотрите, чтобы все было прямо с жара, как заказывала: запеченных перепелов и ту осетрину по-царски!
Праздник очень быстро превратился в шумное и беспорядочное пиршество. Гости ели торопливо, почти жадно, будто опасались, что дорогие блюда исчезнут со стола раньше, чем они успеют как следует распробовать. Лариса накладывала себе буженину и копченого угря такими порциями, что тарелка едва выдерживала. Ее муж громогласно спорил с Антоном о ценах на подержанные иномарки, а после каждого тоста требовал у официантов заменить тарелки на чистые.
Валерия сидела напряженно, как на иголках, почти не притрагиваясь к салату. Дождавшись момента, когда мать с довольным видом отправила в рот бутерброд с икрой, она наклонилась к ней и тихо сказала:
— Зачем ты заказала столько алкоголя и такие дорогие блюда? Больше половины ведь останется. Люди уже еле дышат от сытости.
Тамара резко повела плечом, сбросив с шали руку дочери, и даже не попыталась говорить тише:
— Не вздумай позорить меня перед родней своими мелочными привычками. Пусть все видят, что моя дочь вышла замуж за достойного мужчину, а не за жадного скупердяя. Твой муж за день в своей мастерской получает больше, чем мы все за полгода. Не обеднеет, если один раз порадует мать.
Андрей сидел рядом и в женский разговор не вмешивался. Он спокойно съел свою порцию запеченной рыбы, выпил бокал минеральной воды и вежливо отвечал, когда кто-нибудь из уже захмелевших родственников начинал расспрашивать его о ремонте двигателей или о том, где выгоднее достать запчасти со скидкой. Его выдержанная невозмутимость казалась Тамаре молчаливым согласием со всем происходящим, и это только сильнее ее раззадоривало. Она то требовала у персонала большую фруктовую корзину с экзотическими ананасами, то заказывала каждому порционный десерт с горящим шоколадом для каждого гостя.